По прозвищу Святой. Книга вторая

А уж потом лей-поливай…

Проскочили место вчерашнего боя. Максим равнодушно проводил глазами остовы немецкого танка и бронетранспортёра. Сколько их ещё застынет в этой войне по русским полям и дорогам! Сколько полуразложившихся смердящих трупов в мышиной форме придется похоронить! Миллионы. Что ж, они сами выбрали эту судьбу. Аминь.

Максим подумал было о том, что и советских солдат ляжет не меньше, но потом вспомнил знаменитые слова одного из руководителей России из тех времён, когда она набирала силу после развала первого Советского Союза: «Мы как мученики попадём в рай, а они просто сдохнут».

Верные слова на все времена и для всех русских людей. Любой национальности и вероисповедания.

Ромодан объехали с севера, сделав изрядный крюк. В какой-то момент пришлось съехать с грунтовки, которая вела в посёлок, и двигаться прямо по полю. Максим в очередной раз порадовался отсутствию дождя. На этот раз вслух.

— Ага, — подтвердил шофёр. — Везёт. Но я так скажу, товарищ лейтенант, мы бы и по дождю здесь проехали. Но, то есть, если б он, понятное дело, не зарядил на неделю. Машина — зверь. Это ж полноприводный «опель»! Настоящая находка. Четыре колеса ведущих, где хошь пройдёт, — Захар Чурсин любовно похлопал ладонью по баранке. — Хорошо, что мы его не уконтрапупили, послужит теперь.

Проехали вдоль ещё одной железнодорожной ветки на юг (здесь снова обнаружилась грунтовка, идущая параллельно с железной дорогой). Затем выбрались на довольно широкую мощёную дорогу, соединяющую Лубны и Миргород, и здесь, рядом с железнодорожным переездом, нарвались на немцев.

Патруль из двух солдат под началом унтер-офицера словно материализовался в свете фар на дороге.

Унтер-офицер поднял руку, останавливая машину.

— Может, задавить его на хрен? — деловито осведомился Чурсин.

— Ни в коем случае. Останови.

Машина остановилась.

— В чём дело, унтер-офицер? — осведомился по-немецки Максим, высунувшись из окна и стараясь придать голосу максимум недовольства.

— Проверка, господин лейтенант, — луч фонарика мазнул по лицу и погонам Максима, ушёл чуть в сторону. — В округе неспокойно. Мы охраняем железнодорожный переезд и у нас приказ проверять всех. Кто вы и куда направляетесь?

— Лейтенант Манфред Канн, — представился Максим, махнув удостоверением. — Семьдесят шестая пехотная дивизия, разведбатальон. Направляюсь на аэродром.

— С какой целью?

— Извините, унтер-офицер, этого вам знать не обязательно. Вы тоже из семьдесят шестой?

— Да.

— Имя командира дивизии?

— Генерал-лейтенант де Ангелис! — отрапортовал унтер-офицер.

— Максимилиан де Ангелис, — поправил Максим. — Кавалер Железного креста двух степеней. Всё правильно.