Свита короля

Нил слегка удивился, что они ограничились этим и не высмеяли его убогую игру в декабре, но потом запоздало сообразил, что Вороны не могли публично издеваться над ним после того, как он вернулся в Южную Каролину с цифрой «четыре» на скуле. Это подорвало бы авторитет Рико, который сам отобрал Нила в команду. С этой мыслью Нил лег спать, чувствуя себя весьма довольным.

Фанаты отнеслись к высказываниям Нила далеко не так терпимо и отомстили еще до рассвета. В субботу утром его разбудил громкий стук в дверь. Он посмотрел на часы, потом на темное окно и потер рукой усталые глаза. Стук прекратился, но несколько секунд спустя затрезвонил мобильник Мэтта. Мэтт перевернулся на другой бок и принялся вслепую нашаривать телефон. В дверь снова забарабанили, поэтому Нил свесил ноги с кровати и спустился по лестнице.

Гомон, стоявший в коридоре, доносился даже через дверь – неразборчивый, но явно возмущенный. Голосов Нил не узнавал, однако, открывая дверь, расслышал слово «копы». Нил собрался спросить, что происходит, но Дэн протиснулась мимо него в дверной проем и метнулась в спальню. Он оглянулся на нее, затем высунул голову в коридор. Почти все двери были распахнуты, но орали друг на друга всего двое спортсменов, остальные же торопились к лестнице так, будто спасались от пожара.

Нил закрыл дверь и пошел следом за Дэн. Она трясла Мэтта за плечо и что-то говорила. Войдя в спальню, Нил услышал: «…разгромили машины».

Мэтт в мгновение ока выкатился из постели. Нил взлетел по лестнице на второй ярус и схватил из-под подушки ключи. Мэтт притормозил лишь на пару секунд, чтобы накинуть поверх пижамных штанов куртку и обуться. Он похлопал себя по карманам – ключи отозвались звяканьем. К тому времени, как Нил отыскал свои кроссовки, Мэтт и Дэн уже умчались. Нил запер комнату и догнал их на лестнице. Прыжком преодолев последний пролет, Мэтт распахнул дверь.

Нил даже не мог сказать, что хуже: вид или запах. Парковка и автомобили спортсменов были завалены сырым мясом, разбитыми яйцами и камнями. Часть машин отделалась легкими вмятинами и царапинами, у других оказались побиты стекла – и лобовые, и боковые. Парковка кишела разъяренными хозяевами авто; некоторые куда-то звонили, остальные громко негодовали по поводу нанесенного ущерба. Одна девушка успела раздобыть ведро и теперь усердно счищала с капота прилипшие куски говядины. Полиция и охрана кампуса уже съехались на парковку; с десяток сотрудников снимали показания и щелкали фотоаппаратами.

Увидев пикап Мэтта, Нил похоронил последнюю надежду на то, что не виноват в случившемся. Над фургоном кто-то потрудился с особым старанием: все окна были начисто выбиты, только вокруг рамок поблескивали острые осколки. Беспощадно изрезанные шины просели до самой земли.