Свита короля

Тот стоял, чуть скривив уголок рта – гримаса выражала не сочувствие, а любопытство, – и его взгляд дольше задержался на волосах Нила, чем на распухшем от кровоподтеков лице. Нил немного выждал, предполагая, что сейчас последует вопрос, однако Аарон лишь молча пожал плечами.

Хэммика скверный вид Нила, наоборот, привел в откровенный ужас. Ники бросился к нему, обвил рукой за плечо и осторожно привлек к себе, уложив подбородок Нилу на макушку. Напряженный как струна, он издал долгий прерывистый вздох и полузадушенно произнес:

– Ох, Нил… Выглядишь отвратительно.

– Это пройдет, – отмахнулся Нил. – Большей частью, во всяком случае. Не переживай.

Ники стиснул пальцы чуть крепче.

– Только посмей сказать, что ты в порядке! Чтобы я этих слов от тебя больше не слышал, ясно?

Нил послушно умолк. Ники еще с минуту прижимал его к груди, потом выпустил из объятий. Наконец Нил повернулся к Кевину, и внутри у него все похолодело. Взгляд у Кевина был такой, будто ему явился призрак. Если остальных внезапные перемены во внешности Нила просто удивили – причем кузенов в меньшей степени, ведь во время поездок в Колумбию они уже видели его без линз, – то Кевин знал, кто есть Нил на самом деле, и знал его отца. Дэй отлично понимал, что всё это означает. Нил качнул головой в безмолвной мольбе держать язык за зубами. Кевин предсказуемо проигнорировал его просьбу, однако ему хватило такта перейти на французский:

– Это сделали без ведома хозяина, так?

– Понятия не имею. – Последние несколько дней, проведенные в лапах Рико, слились в одно расплывчатое пятно, сплошь наполненное болью и до сих пор не дававшее Нилу покоя. Он смутно помнил, как Жан смывал краску с его волос. Кажется, эта экзекуция была одной из последних, однако Нил не мог вспомнить, присутствовал ли на ней дядя Рико, Тэцудзи. – Рико пригрозил поломать нас, если я верну все как было. Мне остается только опустить голову и надеяться на лучшее.

– Опустить голову, – эхом повторил Кевин. – Рико позвонил мне в Рождество и сказал, что набил тебе тату. – Он скептическим жестом указал на собственное лицо. – Как думаешь, долго он позволит тебе прятаться, прежде чем заставит показаться всему миру? Репортеры с ума сойдут, и вопросами о татуировке они не ограничатся. Он нарочно делает так, чтобы тебя нашли.

Ледяной ком страха в желудке Нила пополз вверх, к горлу. Неимоверным усилием он заставил голос звучать ровно:

– Почту это за комплимент. Рико пытается вывести меня из игры еще до полуфинала. Он не утруждался бы так, если бы не считал нас реальной угрозой «Воронам». Это уже кое-что, а?

– Кевин, я сам разберусь. Сам о себе позабочусь. А ты займись тем, что умеешь лучше всего. Сосредоточься на экси. Приведи «Лисов» туда, где ему тошно нас видеть.