Свита короля

Лайла оказалась для них сплошным кошмаром, однако Кевин и Нил обладали преимуществом, какого не имели другие соперники «Троянцев»: такой же кошмар на собственных воротах, с которым приходилось иметь дело на каждой тренировке. Они потратили целый год, стараясь переиграть лучшего вратаря Юга. Времени на Лайлу у них было куда меньше, но оно и не требовалось. Оборона «Троянцев» разваливалась на глазах, и удержать ворота в одиночку голкипер не могла. Комбинируя технические приемы «Лисов» и «Воронов», Кевин и Нил раз за разом обводили спотыкающихся защитников и забивали голы.

Калифорнийцы легко могли бы переломить игру, если бы отказались от выбранной стратегии. Выпусти они на поле трех свежих игроков защиты, и для «Лисов» все было бы кончено. Но «Троянцы» не отступали от принятого решения. Все остальные члены команды, плечом к плечу встав у прозрачного ограждения, наблюдали за медленным крахом товарищей. Тут же стояли четверо тренеров, которые делали пометки в блокнотах и переговаривались между собой. Нил слышал, как беснуются трибуны, но Троянцы словно не замечали многотысячного хора голосов, обвиняющих их в предательстве.

Финальная сирена прозвучала при счете тринадцать – девять в пользу «Лисов». Нил остановился, затормозив на полном ходу, и сорвал с головы шлем, чтобы щиток не мешал разглядеть цифры на табло. Он усиленно моргал, но счет на экране оставался прежним.

– Все закончилось? – выдохнула за спиной Нила защитница «Троянцев», его «опекунша». – Фух, слава богу!

Нил оглянулся и застыл: Альварес улыбалась! Девушка протянула ему руку в толстой перчатке, но в этот момент у нее подкосились колени. Нил чудом успел ее поймать и снова поставить на ноги. Опираясь на его плечо, Альварес беспомощно дергала ремешок шлема. Сообразив, что онемевшими пальцами расстегнуть его не получится, она бросила безуспешные попытки и уперлась шлемом в шлем Нила.

– Вот как, значит, чувствуешь себя, когда умираешь? – спросила она и, обернувшись, простонала: – Детка, я умираю. У меня вообще есть ноги? Боюсь даже посмотреть. По-моему, они отвалились. Я больше не смогу ходить.

– Так-так, – сказала Лайла, притрусив к подруге. – Придется тебе срочно что-то придумать, потому что я твою жирную тушку с поля точно не вытащу.

– Как грубо, – обиженно заметила Альварес и принялась слепо шарить рукой в поисках плеча Лайлы, пока та наконец не обхватила ее за пояс и не отцепила от Нила.

Альварес все еще улыбалась своей широкой, полубезумной улыбкой, отчасти напомнившей Нилу ухмылку Лолы, отчасти – глуповато-радостное выражение лица Ники.