Свинья в апельсинах

Главной темой, как поняла Юля, было одно — следует ли завтра еще разок поколотить Антона. Так сказать, на прощание.

— Я наконец точно знаю, кто этот человек! — выпалила Юля, плюхнувшись рядом с подругами и показав им портрет.

Обе девушки с интересом уставились на Юлю.

— И кто он? — спросила Мариша.

— Боду узнал в нем своего хозяина! — торжественно сказала Юлька. — Это Алекс — брат Антона.

После продолжительного молчания, пока Мариша и Кэт переваривали полученное известие, Мариша сказала:

— Теперь мне многое становится понятным.

— И мне тоже! — поддержала ее Юлька. — Но все же не до конца."

"— Пошли к Антону, — произнесла Мариша. — Уверена, что теперь он будет с нами более откровенен, И подруги отправились к Антону. Тот сидел в кабинете своего брата и с растерянным видом перебирал разложенные на столе бумаги, документы, книги, фотографии и блокноты с записями.

— Ты что-то ищешь? — спросила у мужа Юля.

Антон молча кивнул.

— Не это ли? — спросила у него Мариша, вытаскивая из кармана коробочку с пленкой «Коника-200».

При виде коробочки глаза у Антона полезли на лоб.

— Откуда она у вас? — прошептал он. — Не верю! Не может быть! Ущипните меня!

Юля с удовольствием выполнила его просьбу.

— Ой! — вскрикнул Антон. — Девочки, это та самая пленка, о которой я думаю?

— Не знаю, о какой пленке ты думаешь, а эту мы нашли под бампером выигранной тобой «БМВ», — ответила ему Мариша.

— Да, да, это она, — прошептал Антон. — Как вы ее нашли?

— Не важно, как, — ответила Мариша. — Важно, что она теперь у нас, а не у твоего брата. И не нужно так удивляться, Боду случайно увидел портрет, и теперь мы знаем, кто тот человек, который назвался Кенигом и который преследовал нас. На самом деле это твой брат — Алекс.

— Как странно, что ты, Антон, не смог признать своего родного брата, когда мы показали тебе его портрет, — ехидно добавила Юлька. — Может быть, у тебя помрачение рассудка? Или ты просто нас решил в очередной раз обмануть?

Антон откинулся на спинку кресла, не сводя горящего взора с пленки, которую Мариша предусмотрительно не выпускала из рук, а сама держалась подальше от Антона.

— Расскажешь ты нам, наконец, в чем дело? — спросила у мужа Юлька. — Если расскажешь, мы отдадим пленку тебе. Нам она в отличие от твоего брата без надобности. Это он зачем-то за ней гоняется.

— Хорошо, — решился Антон, не отводя глаз от пленки. — Я вам расскажу все, что вы хотите узнать.

— Только не вздумай врать! — грозно сказала Мариша. — Если вздумаешь, мы это мигом поймем, и тогда уж не видать тебе пленки как собственных ушей.

— К чему мне врать, если вы уже и сами все знаете, — грустно сказала Антон.

— Не знаем, а догадываемся, — поправила его Мариша. — А это, как говорят в Одессе, две большие разницы.