Свинья в апельсинах

— И тебе это удалось?

— Как видишь, — усмехнулся Смайл. — А вот Вольфу повезло меньше. Парашют не раскрылся. И он не разбился насмерть только благодаря тому, что упал на группу деревьев. Жив он остался, но при падении сломал ногу. И к тому времени, когда я отыскал моего друга, его здорово потрепал лев. Льва я застрелил, Вольфа доставил в больницу. Но после этого случая с ним что-то случилось. Он стал бояться.

— Львов? — спросила Мариша.

— Нет, — покачал головой Смайл. — Не львов он стал бояться. Он начал бояться летать. Так что ему пришлось продать мне свою долю в нашем бизнесе и осесть на земле.

— А где он осел? — спросила у него Юля.

— Я имел в виду, что в воздух Вольф больше не поднимался. Но его натура требовала приключений. И он кочевал почти по всей Африке. Не знаю, я не встречал его уже больше двух лет. Я только слышал, что он почти оправился от страха перед полетами, скопил денег и вернулся в Европу. Это последнее, что я про него слышал. А теперь вот вы говорите, что он погиб.

— Погиб, — кивнула Мариша. — Сто процентов. Этим делом занимается полиция Берлина. Но возле тела Вольфа они нашли такого же дохлого попугая, какого кто-то подкинул в квартиру Юльке. Мы выяснили, что это так называемый сенегальский попугай."

"— Вот как, — произнес господин Йоханн, оказывается, внимательно слушавший рассказ подруг, хотя они думали, что орнитолог давно спит.

Но оказалось, что он не спит, а смотрит на девушек очень пристально.

— Сенегальский попугай, — пробормотал орнитолог. — Не знаю, может ли это иметь значение, но в гербе короля тех земель, на которых мы сейчас находимся, тоже есть эта птица.

— Вы уверены? — встрепенулась Мариша.

— Я — орнитолог, — с гордостью сообщил ей господин Йоханн.

И девушки похолодели в ожидании еще одной лекции. Но на этот раз все обошлось. Господин Йоханн ограничился тем, что сказал:

— И поскольку я орнитолог, то мне полагается знать все, что касается птиц Африки. Даже если они всего лишь находятся в гербе какого-то местного короля.

— Господин Йоханн, — сказала Юля, — вы можете оказать мне услугу?

— Какую? — поинтересовался орнитолог.

— Вы можете перевести мой вопрос слуге Алекса?

— Могу, — пожал плечами орнитолог. — О чем вы хотите с ним поговорить?

— О той девушке, которая была невестой его хозяина, — ответила Юля. — И с которой у моего мужа был роман.

Орнитолог слегка помрачнел и заметил, что измена невесты — это очень деликатная вещь. И вообще слугам не полагается вмешиваться в личную жизнь своих хозяев, особенно если она не заладилась.

— Но тем не менее именно слуги чаще всего оказываются осведомленными о личной жизни своих хозяев гораздо лучше всех их друзей и соседей, — возразила Юля.