Летний лагерь свингеров

—

—Почему я должен был сказать ей, что люблю ее?—Я спросил потолок после того, как повесил трубку. У него, конечно, не было хорошего ответа.

—Потому что ты не хотел причинить ей боль, не сказав этого,— рассудительно сказал Кендалл. —По крайней мере, не по телефону. — Затем она пожала плечами. —И это не значит, что это неправда.—

Я тупо посмотрел на нее.

—Маленькая часть тебя все еще любит ее, — сказала она.

Я пожал плечами, кивнул. —Но лучше бы я этого не говорил.—

—Все хорошо.—

—И мне жаль, что я ей солгал.—

—Пол,— серьезно сказал Кендалл, —все лгут обо всем. Большую часть времени, это только мелочи, как с тобой и Эми.—"

"—Это не мелочи,— сказал я, стараясь не показаться раздражительным. —Прямо сказал ей, что я не получил четвертое письмо и что я не должен пользоваться телефоном... это была ложь, причем большая.—

—Да,— сказала она, пожимая плечами, —в каком-то смысле. Но ты дал ей чувство облегчения, сказав им. Она бы чувствовала себя еще хуже, если бы знала, что ты прочитал четвертое письмо. И если бы она думала, что ты можешь пользоваться телефоном свободно, она бы в конце концов задалась вопросом, почему ты не звонил ей раньше, или Почему ты не мог говорить дольше.—

—Да, но мне все равно не следовало лгать.—

—Я знаю, но иногда тебе нужно говорить маленькую белую ложь.—

—Но я не такой,— возразила я. —Ненавижу врать.—

—Я знаю. Вот что делает тебя хорошим парнем. Но на этот раз ты сделал это по правильным причинам.—

—Не думаю,— сказал я хмуро.

—Ты поступил правильно. Доверься мне.—

Остаток дня я пребывал в легкой панике. Я беспокоился о том, что скажу Эми, когда вернусь домой. И я беспокоилась о том, как мое настроение влияет на Кендалл, что только ухудшало ситуацию. Одна проблема, казалось, кормила другую.

После ужина я увидел, как Сьюзан и Кендалл разговаривают на одном из диванов в клубе. Я ждал около получаса, пока они не закончили. После этого Сьюзен подошла ко мне. Она взяла меня за руку, и мы пошли в другую сторону здания. Когда мы добрались до относительно тихого района, она повернулась и посмотрела на меня спокойно.

—Послушай,— сказала она, —у тебя сегодня было трудное дело. Возможно, вы не так хорошо справились, как могли бы, но из того, что говорит Кендалл, ты все сделал правильно.—

Я угрюмо кивнул.

—Так что тебе пришлось проглотить горькую пилюлю,— сказала она. —Ты знал, что так будет.—

—Да.—

—Иногда нужно делать то, что правильно, а не то, что ты хочешь. Помнишь?—

Я кивнул.

—Это часть взрослой жизни.—

—Тогда почему кто-то вообще хочет быть взрослым?—

К моему удивлению, она громко рассмеялась. —Сказать по правде, понятия не имею.—

Я посмотрел на нее, и она снова рассмеялась.

—Поговори с Кендалл,— сказала она. —Она все понимает. Когда ты закрываешься от нее, ей тоже больно.