Летний лагерь свингеров

Сомнамбулизм – это действия во время сна, такие как: подъем в постели, ходьба во сне и т.д. Лунатизм, другим словом. Тут имелось ввиду, что по словам профессора, Пол рисует как лунатикJ)

Не давая нам даже передохнуть, Йоска, закончив раздавать рисунки, повернулся к доске."

"— Твой следующий проект «Твой дом». — сказал он, записывая слова. — Пожалуйста, постарайтесь не заснуть, Мистер Хьюз. —

Я пробормотал то, что не понравилось бы моей матери.

— Расслабься. — прошептал Трип, наклоняясь ко мне. —Он просто дразнит тебя. —

Когда я повернулся и впился в него взглядом, он ответил Мне с гораздо большим хладнокровием, чем я думал.

— Помни. — продолжал он вполголоса. — жизнь слишком коротка, чтобы беспокоиться о мелочах. —

— Это не мелочь. — проскрежетал я.

—Да, это так. Доверьтесь мне. —

— Он к тебе не пристает. —

— Мистер Хьюз. — сказал Йоска, отворачиваясь от доски. — Я не собираюсь соревноваться в громкости с вами и Мистером Уитменом. —

Мы с Трипом немедленно закрыли рты и посмотрели вперед.

— Извините, сэр. — сказал Трип. —Это больше не повторится. —

Йоска устремил на меня стальной взгляд, ища согласия.

Я стиснул зубы и вызывающе замер. Я устал от того, что он унижает меня, и не собирался больше этого терпеть.

— Мелочи. — прошипел Трип уголком рта.

Йоска выгнул бровь.

- Пошел ты, Йоска. - ядовито подумал я.

Трип откашлялся, его мысли прояснились.

Когда сцена закончилась, Йоска просто смотрел на меня.

Я был так взбешен и полон решимости вести себя вызывающе, что даже не думал о последствиях своих действий.

— Он сожалеет, сэр. — сказал Трип. —Это больше не повторится. — Потом он посмотрел на меня и силой воли заставил кивнуть.

Я повернулся, и его глаза умоляли меня. Потом снова перевел взгляд на Йоску. Я знал, что возненавижу себя за это, но кивнул.

— Мистер Хьюз, своим продолжительным присутствием в этом классе вы обязаны мистеру Уитмену. — произнес профессор Йоска после напряженного молчания. — Надеюсь, ты это оценишь. —

Я почувствовал, как мое лицо расплылось в мрачной улыбке, которая не коснулась моих глаз.

Йоска решил больше не издавать ее и повернулся к доске. Хотя я все еще был зол, здравый смысл начал проникать в мои темные мысли, и я достал блокнот.

Выходя из класса, мы с Трипом шли в напряженном молчании.

— О чем, черт возьми, ты думал? — спросил он, как только мы остались одни. — Тебя чуть не выгнали из класса, или того хуже – из-за пустяков. —

—Это не пустяки. —

— Ничего страшного! Значит, ты обиделся. Чувак, когда ты поймешь, что это не личное? —

—С тобой, или с Йоска? — Прорычал я.

Трип выглядел так, будто я дала ему пощечину.

— Прости. — пробормотал я.

— У Йоски нет к тебе ничего личного. — тихо сказал он.

- А к тебе? - Подумал я, успокаиваясь.