Свидетельница

– Какая Ира? – Карина взглянула на меня невинными глазами.

– Моя. Ты ведь сегодня… то есть уже вчера… видела ее?

– Да. Видела в детском саду.

– А зачем ты пошла в детский сад, детка? – вклинилась моя мама. – Ты ведь уже большая девочка, в школе учишься.

Карина вздохнула:

– Я туда иногда хожу, чтобы повидаться с Людмилой Викторовной и с нянечками. Они все такие добренькие.

– В интернате нянечки не такие добрые? – участливо продолжала мама.

– В интернате злые. Только ругаются и кричат. В садике не такие… И Людмила Викторовна такая добрая, всегда меня ждет.

– А когда ты вчера в детский сад приходила, ты с Ирой разговаривала? – ласково продолжала мама.

– Иришка ведь не умеет разговаривать, – вежливо напомнила Карина.

– Ну, может, ты играла с ней… Погулять с собой пригласила…

– Я не люблю гулять с маленькими, – призналась Карина. – Да их и не выпускают за ограду.

– Но ведь можно и не послушаться иногда? – подала голос Лена.

– Зачем? – не поняла Карина. – Маленькие должны гулять только со взрослыми. На улице кругом машины… Ребенок может не заметить, побежать и… попасть под машину. Такие случаи бывают.

Я почувствовала, что мне не хватает воздуха. Стала дергать ручку, пытаясь опустить стекло. Ксюха заметила мои потуги и опустила стекло с моей стороны.

– А после детского сада ты куда пошла? – поинтересовалась мама.

– Как – куда? В интернат, на ужин.

– А чем вас кормили?

– Гречневой кашей. Ненавижу ее!

– Приехали, – объявила Ксюха.

Карина сразу же потеряла интерес к моей маме. Она услужливо кинулась к двери гаража – помогать Ксюшке ставить машину.

– Ни на грош ей не верю, – прошептала я на молчаливый кивок моей мамы. – Она врет и не краснеет! Это ты размякла, мамочка, поскольку дела не имела с такими детками, как моя Грошева!

– Ты нервничаешь, поэтому несправедлива, – негромко возразила мама. – Сердце мое чует, что она здесь ни при чем!

Пока Ксюшка поила Карину чаем, я мерила шагами гостиную, лихорадочно простраивая ходы. Нужно так поставить вопросы, чтобы Грошева проговорилась. Запутать ее.

Однако уже за чаем «подозреваемая» начала клевать носом, а когда я придумала первый вопрос, она заявила:

– Я спать хочу. Тетя Ксеня, я наверх пойду?

Но я прыгнула на лестницу и преградила ей путь.

– Там Миша спит, – сообщила я. – А ты ложись на диване.

– Ну ладно. – Карина поплелась к дивану, где сидела моя мама.

Девочка улеглась, а мы расселись вокруг.

– Карина, вчера, когда ты приходила в детский сад, ты подходила к Иришке, – начала я, едва сдерживая дрожь в голосе. – Что ты ей говорила, вспомни…

– Да ниче не говорила… Поздоровалась.

– А вот воспитательница сказала, что ты долго стояла возле Иры.

– Она врет."

"– Как это? – не поняла моя мама.

– А так. Воспитательница Иры костюм мерила.