Свидетель

Тем сильнее недоумение вызывала щедрость Дарена. Его способность забыть и простить, отказаться от мести. Принять её — Таисию.

То, что между ними произошло вчера, ей ещё предстоит понять. Осознать. Принять.

Тая покачала головой.

Всевышний… спасибо.

Не сразу, но она станет счастливой. Откроется для Дарена. И будет каждый день благодарить его за то, что он оказался куда смелее и щедрее её.

Тая подошла к спальне Дарена и нажала на панель. Двери плавно разъехались в стороны. Поглощенная собственными радушными мыслями, она не сразу уловила знакомый приторный запах.

Через секунду было поздно.

— Здравствуй, женушка моя… бывшая.

Аэрд метнулся к ней и зажал рот рукой, чтобы она не закричала.

Тая и не смогла бы. На неё нашло оцепенение, как бывало всегда, когда ублюдок оказывался рядом. Тем более, прижимал её к себе. Память тела одна из самых крепких и долгоживущих. Её тело помнило все издевательства, всю боль, омерзение. Как Таю тошнило после его ласк, часто выворачивало наизнанку, отчего он бесился. И брал более ожесточеннее, злее.

Тая замерла, закрыла глаза и глубоко задышала носом, рот был закрыт.

Как он проник в дом? Вместе с Маршалами? Он с ними заодно? Или следом шёл?

Всевышний, одни вопросы и пока все без ответа.

— Какая вкусная… Я и забыл, какая ты ладная да сладкая.

Мерзкий, липкий язык прошелся по обнаженной шее Таисии, вызывая знакомые мурашки.

…Дыши, Тая, дыши… Дарен скоро придет… Он знает, где ты… Он непременно придет…

Вера в своего мужчину позволила Таисии сохранить рассудок.

Это было абсолютно новое чувство, ранее никогда не испытанное. Оно шло изнутри и не вызывало и толики сомнения. Ни капли колебания. Дарен рядом, и он никому не даст её в обиду, прокатилось по венам Таисии, даруя силу.

Продержаться.

Не сдаваться.

Не прогнуться.

Страх никуда не делся, притупился.

Ладонь, зажимающая рот, скользнула на шею.

— Думала, тварь, я тебя не найду… Найду… везде, куда бы ты от меня не улетела, потому что ты…

Он не договорил, резко, шумно начал внюхиваться, словно был не человеком, а диким зверем. Хотя нет, тут она вновь погорячилась. Он не достоин называться и зверем, потому что любой зверь оберегает и нежно относится к своей самке. Этот же рвал, уничтожал, пытался сломить.

— ТЫ!!!"

"Его рык, приглушенный из-за опасения быть услышанным, прошелся по её нервам.

Он всё понял. Про привязку. Про то, что она с другим.

С более сильным противником, более того, давним соперником, которому Аэрд её преподнес сам, не ожидая, что у этих двоих всё окажется серьезно.

Тая спиной чувствовала, как энергия злости затопила мужчину, как того затрясло от ярости.

В последнюю их встречу она бы при таком раскладе уже находилась бы в полуобморочном состоянии, готовая на всё, лишь бы он утихомирился.