Свидетель, не увидевший свет

 – И если даже медсестра просто из вежливости, чтобы немного расслабить и отвлечь женщину перед операцией, спросит о чем-то из ее личной жизни, то, уверяю вас, она тут же забудет ответы!

– И все же, – настаивал Гуров. – Мне необходимо пообщаться с врачом, который ее оперировал, и желательно с медсестрой.

Курчатов вздохнул и снова полез в документы Вики Каревой.

– Сейчас посмотрим… – проговорил он. – Оперировал ее доктор Малышев. Один из лучших хирургов, между прочим.

– Он сейчас на месте?

– Да, конечно. Только он может быть занят. Сейчас я узнаю, пойдемте со мной. Только халат наденьте. Ангелина Викторовна, выдайте, пожалуйста, Льву Ивановичу халат и бахилы.

Через минуту Гуров, облаченный в одноразовый халат из какого-то синтетического материала и синие бахилы, шел вместе с Курчатовым по коридору. Тот подвел его к одному из кабинетов и хотел было попросить Гурова подождать, но полковник сделал вид, что не понял его намерений, и прошел следом за Курчатовым."

"Алексей Юрьевич Малышев был высок, кучеряв и довольно молод – лет тридцати трех. Он сразу вник в ситуацию, коротко изложенную ему Гуровым, не стал ахать, сокрушаться и выражать своих эмоций, а последовательно начал отвечать на вопросы. Правда, сразу же огорошил Гурова тем, что Викторию Кареву практически не помнит.

Гуров протянул ему фотографию, сделанную с антропологической реконструкции, но и этот аргумент не слишком подействовал на Малышева.

– Лев Иванович, – снисходительно улыбнулся он, – у меня такая профессия, что мне больше приходится смотреть не на лица пациенток, а на другую часть тела.

– Это понятно, – кивнул Гуров. – Но хоть что-то вы помните?

– Смутно, – пожал плечами Малышев. – Процедура была самая стандартная. Девчонка совсем молодая, больше молчала. Все прошло гладко, как и в большинстве случаев.

– Она вам ничего не рассказывала?

– Мне – нет. Может быть, соседкам по палате?

– Так она лежала здесь? – воскликнул Гуров. – То есть операция была сделана ей не в день обращения?

– Нет, она лежала дня три, я точно помню, – сказал Малышев. – У нее не было с собой полного набора обследований, пришлось проводить здесь. Хотя обычно анализы и УЗИ мы делаем одним днем, но у нее, помнится, анализ крови был плохим. Я рекомендовал ей задержаться. К тому же первая беременность, довольно юный возраст… Вот, здесь указано – восемнадцать лет.

– А в какой палате она лежала?

Малышев заглянул в бумаги и полистал их.

– В восьмой, – сообщил он. – У вас все?

Гуров ответил не сразу. Ему не хотелось уходить со столь скудной информацией, что он раздобыл в клинике «Медэксперт». Почему-то интуиция ему подсказывала, что здесь стоит покопать поглубже, но вот каким образом? И завотделением, и хирург явно сказали уже все, что знали.