Свидание под мантией

Королева выглядела страшно. Иногда открывала глаза и бормотала: «Зайцы, зайцы, красные кирпичи». А Васильева просто в отключке находилась. Мы врубили все сирены, донеслись от Бинска до московской клиники за пятнадцать минут, поставили рекорд скорости, все машины на дорогах распугали. Ксения очнулась, но до конца ничего не вспомнила, это случилось сейчас, да?

– Да, – прошептала Ксюша. – Помнишь, мы ходили на кукольный концерт? Негр Симон пожал мне на прощание руку и перстнем оцарапал кожу, вот тогда в мозгу и стали вертеться фразы про кирпичи и зайцев. А сейчас все ожило. Дедушка мне смешную историю рассказывал в детстве про то, как к Сонечке в гости зайчиков зазывают. Сначала охотник берет красные кирпичи, перчит их, разбрасывает в лесу и ждет, пока длинноухие подойдут, понюхают, чихнут и лбом стукнутся. Тогда он косоглазых в корзинку сложит и к Соне принесет, та их в ванне вымоет, зайчики очнутся и за стол сядут. Мне очень нравилась эта сказка, я всегда ее на ночь слушала. Купание красного зайца – вот кодовая фраза, услышав которую я должна была все вспомнить, в том числе место, где зарыт архив.

– Йес! – стукнул кулаком по колену Вик. – Купание красного зайца! Глупее ничего не придумать. Какова вероятность, что кто-то случайно произнесет эти слова? Вообще никакой! Поняла? Теперь тебе все ясно?

– Нет, – заморгала Ксюша.

– Что еще? – разозлился Вик. – Я все разжевал, в рот положил, объяснил, а до нее так и не доходит! И ты еще считаешь себя самой умной?

– Софья Михайловна под видом Полины приехала к нам, но почему она сразу не сообщила мне код? Зачем ей надо было услышать от меня эту фразу? – жалобно пропищала Королева.

Вик разинул рот, потом хмыкнул:

– Ксю! Ты неповторима! Чес-слово, такого вопроса я не ожидал. Ты переплюнула Ирину. Я, когда с ней разговаривал, спросил:

– Скажите, пожалуйста, когда вы увидели Полину, не спросили себя: «Айн момент! Какая же она старуха? Много лет прошло, а Софья Михайловна молодо выглядит! И лицо у нее совсем другое, не похожа она на профессоршу совсем».

Ира ответила:

– Столько лет прошло, я плохо уже помню внешность Мармеладовны. Да она мне все объяснила, показала паспорт и сказала: «Видишь, я уже не молода, за семьдесят мне». Я ей ответила: «Вы так хорошо выглядите, чуть старше меня смотритесь, вроде изменились внешне, хотя, простите, я плохо уже вас помню». Софья Михайловна меня обняла. «Ириска, главное, моя любовь к тебе не исчезла. А теперь подумай, разве могла я жить со своим лицом? Я же считаюсь мертвой. Пришлось сделать пластическую операцию, она изменила черты лица и заодно меня омолодила». Вот как! И только Нечаева звала меня Ириской. Больше никто!

Вик дернул Ксюшу за рукав.