Свидание под мантией

– Ксения родилась в середине девяностых, – напомнила я, – страна уже другой была.

– Квартиру мы до появления дочки на свет спроворили, – мигом солгала Ирина.

Я сделала вид, что верю ей.

– Наверное, нелегко в те годы было жилище приобрести? Кто же вам денег одолжил? Кредиты тогда гражданам не давали.

– Софья Михайловна дала, Арина разозлилась, – ляпнула Ирка и тут же захлопнула рот.

– Арина? Это кто такая? – спросила я.

– Женщина, – последовал ответ.

– Ясный перец, не мужчина! Расскажи про Арину! – велела Ксения.

– Ты же спрашивала про родственников, – заныла Ира. – Арина – девка из исполкома, я ей взятку дала, она список подделала, вот мы и стали первыми в очереди.

– Очередь? – насупилась дочь. – Ты же песню пела про кооператив!

– Так и на него запись была, – вывернулась Ира, – что вы пристали, мне надо уходить.

– Куда? – строго осведомилась Ксения. – Кстати, а почему ты дома?

– Хватит приставать, – заорала мать, – отстаньте! Привязались. Заболела я! К врачу мне надо. Вот. Все.

Старшая Королева вскочила и поспешила в прихожую.

– Ма, погоди, – бросилась за ней Ксюша.

Раздался хлопок двери.

– Удрала, – сердито пояснила моя напарница, возвращаясь в кухню, – куртку схватила и, не надев ее, на лестницу выскочила."

"– Похоже, наш разговор случайно задел болевую точку, – заметила я, – квартира! Вопрос о том, где Королевы жили до переезда сюда, оказался крайне болезненным для Ирины.

– Следовало за ней пойти и вытрясти правду, – пробурчала Ксения.

– Ирина не желает откровенничать, а затевать скандал на улице не стоит, – вздохнула я. – Уж извини, я хочу спать. Хорошо понимаю, что мы участвуем в эксперименте, постоянно уступаю тебе, но, может, и ты пойдешь мне навстречу? Давай отдохнем, выспимся.

– Хорошо, – согласилась Ксюша, – только насчет выспимся ты ошибаешься. В шесть утра вскочат Ирка, бабка, проснется Лерка, они начнут греметь, орать. В нашей халупе не покайфовать до полудня под одеялом.

* * *– Даша, – заорал кто-то над моим ухом.

От неожиданности я резко села и увидела Ксюшу.

– Полвосьмого, – сказала она, – прикинь, дома никого, кроме папахена, нет. Все уперлись. Ты слышала, как они собирались?

– Нет, – зевнула я, – похоже, крепко заснула.

– Во, блин, – засмеялась Ксения, – я обычно от малейшего шороха вскакиваю, а сегодня прямо камнем храпела, не проснулась от воплей. Хочешь кофе? Чайник горячий.

Я встала, умылась, пошла на кухню и взяла чашку.

– Пить охота, – простонал Петр, появляясь в кухне, – воды холодненькой.

Он отвернул кран в мойке, подставил под струю сложенную ковшиком ладонь и начал с хлюпаньем втягивать в себя воду из горсти. Ксюша сжала кулаки.

– Он болен, – быстро напомнила я, – не отвечает за свое поведение.

– Ты зачем водку пил? – процедила дочь.