Чертовски неправильное свидание

Знакомое чувство беспомощности охватило меня, а сердце забилось быстрее.

Вокруг был хаос.

– Держи меня за руку, – крикнул мне Уолкер, напомнив, что впервые я… не одна.

Он обнял меня, прижал к себе и повел через море фотографов к ожидающему внедорожнику.

Я сжала его руку, держась за нее, как за спасательный круг.

– Оливия, ты беременна? – крикнул один из журналистов, и я споткнулась, застигнутая врасплох этим вопросом.

– Иди дальше, милая, – подгонял Уолкер, когда фотографы бросились к нам. Их камеры щелкали и мигали с почти оглушительной интенсивностью.

Уолкер продолжил защищать меня своим телом, как щитом, от этого наступающего на нас войска.

– Отвалите, блин, – прорычал он всем продолжающим выкрикивать вопросы журналистам.

Наконец, мы добрались до машины. Уолкер распахнул дверь и практически запихнул меня внутрь, после чего скользнул следом за мной. Внутри стало тише, но камеры продолжили мигать в окнах, ловя каждое наше движение и выражение лиц.

Какой-то фотограф начал бить в окно, а водитель, ругаясь на него, пытался выехать и не сбить их всех, чтобы не стать причиной для еще одной новости.

Я села ровнее на сиденье, руки, лежащие на коленях, дрожали, адреналин медленно начал убывать, оставляя после себя пустое чувство опустошения. Это был… кошмар.

За исключением…

Я посмотрела вниз, на мои пальцы, которые были переплетены с пальцами Уолкера. От его присутствия рядом я чувствовала облегчение, которого никогда раньше не испытывала.

– Черт, милая. Это было сильно, – пробормотал он, и с моих губ сорвался смешок. Потому что не уверена, что «сильно» – правильное слово для того, что только что произошло.

Может, сумасшествие?

– Добро пожаловать в мой мир, – сказала я ему, пытаясь понять по выражению его лица, убежит ли он с криком в следующее мгновение или нет.

Вместо этого он поцеловал меня в губы, а затем наши сплетенные пальцы.

– Счастлив быть рядом с тобой, – сказал он мне.

Забавно, но мне казалось, что Уолкер… говорит правду.

Глава 19. Уолкер

– Мой братишка, восходящая голливудская звездочка, – протянул Коул, когда я ответил на звонок. Я шел по тротуару к ресторану, где, как мне сообщил мой частный детектив, сейчас обедают Джолетт и Марко.

Я на задании, так сказать.

– Звездочка? – пробормотал я и убрал телефон от уха, чтобы посмотреть, куда, черт возьми, надо идти.

– Не знал, что ты такой фотогеничный, малыш Уолки.

– Меня буквально показывают по телевизору каждый раз, когда наша команда играет, – напомнил я ему, пытаясь расслабиться и перечислить все причины, по которым не мог просто застрелить их обоих по приходу в ресторан.

Тюремный срок.

Отсутствие супружеских свиданий с Оливией. Последнее – самое важное.

– На твоем лице всегда эта уродливая маска, которая скрывает всю красоту.