Связанные прошлым

Я продолжал вливаться в нее, переполненный горячим, обжигающим наслаждением, с которым никогда раньше не сталкивался, и когда я кончил в нее, то прижался поцелуем к ее шее, и уже не был уверен, что чувствую.

Мой гнев был безопасным вариантом, поэтому я сосредоточился на нем и полностью игнорировал Валентину в последующие недели. Это было суровое наказание для нас обоих. Лежа рядом с ней ночью, с ее соблазнительным запахом в моем носу, с жаром ее великолепного тела рядом со мной, не трахать ее было пыткой.

Валентина предоставила мне пространство, и на этот раз я пожалел, что она не противостояла этому, хотел, чтобы она попыталась соблазнить меня, как делала это в самом начале, просто чтобы я мог сдаться.

Спустя две недели я проиграл свою битву с самим собой. Мы с Валентиной только выключили свет и легли рядом в постель, когда пульсирующее желание в моем члене стало слишком сильным. Я приподнялся на локте.

— Никаких слов, — прорычал я.

Валентина затаила дыхание, когда я спустился вниз по ее телу, снял трусики и лизнул ее вход. Она выгнулась у моего рта со сдавленным стоном. Я трахал ее своим языком, так страстно желая ее киску, что мой член дернулся на матрасе. Она кончила через несколько минут. Я не торопился, с нетерпением ожидая продолжения. Я встал и спустил пижамные штаны.

— Встань на колени, Валентина.

Я услышал шорох, потом она появилась передо мной и встала на колени. В темноте комнаты я мог разобрать только силуэт. Схватив ее за шею, я направил ее к своему ожидающему члену. Я не позволил ей взять меня, как обычно, не в настроении для нежного подхода сегодня ночью. Вместо этого начал трахать ее рот, позволяя своему гневу подпитывать мои движения. Она задохнулась, когда я ударил ее сзади по горлу, но не отстранилась. Ее редкие стоны вокруг моего члена и то, как она беспокойно двигалась, говорили мне, что ей это очень нравится.

— Не прикасайся к себе. Я единственный, кто заставит тебя кончить, — прорычал я.

Она вздрогнула, и я понял, что сейчас она истекает своими соками. Блядь. Эта мысль опрокинула меня через край, и я выстрелил своей спермой ей в горло, удерживая ее на месте крепкой хваткой на ее шее. Я притянул ее к себе и прошептал ей на ухо:

— Я все еще злюсь на тебя. Вот почему ты ляжешь спать, не достигнув второго оргазма.

Она издала тихий звук протеста.

— Ни слова больше, Валентина.

Я натянул штаны и вернулся в постель. Валентина последовала за мной и растянулась рядом, наблюдая за мной в темноте. Она потерла ноги друг о друга, явно ища облегчения, и это сводило меня с ума, зная, насколько она промокла.

Не говоря ни слова, я раздвинул ее ноги и погрузил в нее два пальца. Валентина сжалась вокруг меня и со стоном выгнулась. Продолжая держать свои пальцы внутри нее, укусил мочку ее уха.