Святой: гарпун для Акулы

Но он расценил это по-своему:

— Я вижу, ты тоже не прочь пострелять? Могу устроить.

Капитану нужны профессионалы вроде тебя.

Виктор молчал, завороженно глядя на рукоятку пистолета, выглядывающего из-за Колькиной куртки. В это мгновение брезент, закрывающий странную, похожую на гигантский зонт конструкцию, со зловещим шорохом пополз вниз, и из-под него во всей своей мрачной красе возник боевой вертолет.

Зрелище привлекло внимание собеседника Новикова.

Тот на секунду отвернулся, поглощенный внезапным превращением брезентового кокона в винтокрылое чудовище.

Этого было вполне достаточно, чтобы Виктор успел вытащить пистолет и спрятать у себя за поясом.

«Извини, Колька, — он мысленно попросил прощения у Серегина, — в который раз ты меня спасаешь. Ну да ладно, скоро сочтемся».

— Страшная зверюга! — Матрос восхищенно облизнул губы. — Что-что, а оружие мы пока делать не разучились. Ну так как? — снова обратился он к Новикову. — Смотри не прогадай. Дело-то стоящее.

Виктор поднялся. Затянув до половины «молнию» на куртке, он стал пристально рассматривать неожиданного доброжелателя. Навязчивое упорство, с которым тот предлагал свои услуги, выдавало шкурный интерес. От взгляда Новикова не ускользнула и татуировка на тыльной стороне ладони, служившая своего рода опознавательным знаком.

— Сидел? — коротко спросил Виктор.

От прежней самоуверенности матроса не осталось и следа.

— Вроде того, — промямлил он, по-совиному выпучив глаза. — Малолеткой загремел в колонию.

— Значит, ты в курсе, что делают на зоне с подсадными утками вроде тебя?

Не давая ему опомниться, Новиков вплотную прижал собеседника к стене локтем правой руки уперся ему в подбородок, а левой ухватился за ремень, так, чтобы он не мог пошевельнуться.

Снующие по трюму были настолько поглощены собственными делами, что не замечали происходящей в дальнем углу сцены. Кто-то успел оттащить в сторону брезент, еще несколько человек отволокли тело задушенного Святым головореза. Только мертвый Колька Серегин оставался сиротливо лежать рядом с лестницей, беспомощный что-либо изменить в своей судьбе.

Мысль о Кольке заставила Новикова сильнее надавить на кадык. Матрос захрипел, запрокинув голову набок и истошно колотя пятками по металлической обшивке трюма.

Виктор слегка ослабил хватку.

— Говори, кто послал тебя пудрить мне мозги?!

С трудом ворочая налившимся свинцовой тяжестью языком, матрос выложил все начистоту:

— Генерал, который плывет на «Соколе».

— Не знаю, — честно признался незадачливый подручный Банникова.