Святой: гарпун для Акулы

Святому даже показалось, что он на какое-то время потерял сознание…

Когда Рогожин снова открыл глаза, над ним стоял Влад — Владик Скуридин. Он был именно таким, каким представлял его Святой: с блестящей лысиной, пополневший, одетый в дорогой костюм. Но больше всего Святого поразил взгляд Скуридина: потухший, пустой, остекленевший — взгляд профессионального убийцы.

Влад угадал мысли Святого.

— Это ты научил меня убивать, — сказал он, наклоняясь еще ниже к распластанному на земле человеку, и повторил, оскалившись по-волчьи:

— Ты… Знаешь, ведь именно тебе я обязан всем! — Скуридин потряс рукой с огромной золотой печаткой на пальце. В другой руке у него была зажата «беретта». — Деньги, много денег. А скоро их станет еще больше.

— Надеешься разбогатеть? — вдруг раздался у него за спиной чей-то голос.

Владик резко обернулся.

Незнакомец застыл в нескольких шагах от него. Наемный убийца мог поклясться, что никогда не видел этого человека прежде. Но ему показалось, что он его знает. Странное чувство беспокойства охватило Скуридина. Он не испугался автомата, так как давно приучил себя к мысли о собственной смерти. Как это ни странно, в глубине души он всегда боялся именно такого внезапного появления у себя за спиной «человека в черном», который однажды возникнет из его собственной тени, чтобы восстановить нарушенный им, Владом, круговорот жизни…

Ствол «беретты» в руке Скуридина дернулся по направлению к незнакомцу. Но, прежде чем Влад успел что-либо сделать, «Калашников» разродился короткой очередью.

Первая пуля пробила Владу плечо, оставив дыру на двубортном пиджаке, и вышла чуть выше правой ключицы.

Вторая попала в подбородок. От третьей голова Скуридина раскололась пополам.

Отшвырнув пистолет носком ботинка подальше от бездыханного тела, стрелявший шагнул к Святому.

Со стороны шоссе доносился вой пожарных и милицейских сирен.

— Надо уходить! — Святой ухватился за протянутую ему руку.

Поднявшись, он начал искать Серегина. Человек, расправившийся со Скуридиным, молча наблюдал за ним и наконец спросил:

— Что ты здесь делаешь?

— Тот же вопрос я мог бы задать тебе, — заметил Святой. — Что ты делаешь во Владивостоке рядом с этими долбаными складами?

— Тебе бы больше понравилось оказаться на его месте? — Незнакомец кивнул в сторону трупа Скуридина.

Святой не ответил. Он увидел Серегина, которого завалило куском жести. Николай при падении рассек бровь, а в остальном отделался царапинами и парой синяков.

— В следующий раз запасной выход отправишься искать сам, — попробовал пошутить Серегин, выбираясь из завала, и, заметив рядом со Святым человека, добавил:

— Дим, от контузии галлюцинации бывают?

— Вообще-то не знаю, — честно признался Святой.