Святой: гарпун для Акулы

А затем и основным силам можно вступать в дело!

Командир полка цокнул языком:

— Стратег! Ганнибал, понимаешь, а не командир взвода!

— Одну минуту! — оборвал его представитель штаба армии. — Предложение лейтенанта не лишено здравого смысла. Я обязан доложить командующему. Он, собственно, и прислал меня выслушать офицеров-десантников, посоветоваться.

Когда дверь за штабным подполковником захлопнулась, командир полка бросил в сердцах:

— Что ж ты сидел, молчал все время, индюк надутый! Небось этот побежал прямо к высокому начальству, крыса штабная! Орден Ленина ему гарантирован!

— Да хоть десять! Лишь бы план прошел… — широко улыбнулся Новиков.

«Ми-8» рассекал воздух лопастями винта. Залитые водой рисовые поля блестели в лучах ослепительного южного солнца.

— Хрен с ним, с этим Хостом! — перекрывая рокот двигателя, кричал пилот. — Хотят «духи» сделать его своей столицей, ну и пусть. Ты как считаешь, сержант?

Святой не отвлекался. За его спиной в грузовом отсеке находились десять парней, которым скорее всего придется в буквальной смысле на землю спуститься с небес и принять бой. Вторая десятка под командованием Новикова должна была десантироваться километров на восемь южнее.

— Пять минут — и начну сбрасывать! — Летчик постучал ногтем по стеклу часов.

— Ниже сойди! — попросил Рогожин.

— Не могу. Приказ! — мотнул головой пилот. — «Духи» могут достать.

— Целее будем! «Духам» сейчас не до твоей бандуры.

— Восемьдесят первый, — засипела рация, — приготовьтесь… Подарки пошли.

Белые купола парашютов огромными ромашками расцветали в небе. Самолеты опорожняли свое чрево и, заложив крутой вираж, уходили ввысь.

Глухо затукали зенитные установки. Пилот вертолета потянул на себя рукоять набора высоты.

— Начинаем концерт по заявкам, — усмехнулся он.

Сполохи разрывов заполнили небеса. Вертолет, точно гигантская желто-зеленая стрекоза, летел над землей, отбрасывая тень на рисовые чеки, тропы, холмы и пустынные равнины.

— Купились «духи», — удовлетворенно хмыкнул Рогожин. — Расстреливают манекены.

По одиноко кружащему вертолету моджахеды огонь не открывали — слишком незавидная цель.

«Лишь бы засекли большинство точек, — повторял про себя Рогожин, — лишь бы засекли».

Он и сам передавал координаты обнаруженных пулеметных гнезд, окопов с задранными стволами скорострельных пушек, блиндажей, из которых выбегали люди с трубами реактивных управляемых ракет на плечах.

— Четвертый! Я Восемьдесят первый! В шестом квадрате «духи» ставят две «эрушки»… Да… Уверен… — докладывал Рогожин в штаб полка.