Дочь священника

Сама-то, извини, не то чтоб Грета Гарбо.

Миссис Уэйн. Что это времечко уж так медлительно идет, когда чашечку чаю в ожидании?

Мистер Толлбойс (нараспев). «Ибо душа наша унижена до праха, утроба наша прильнула к земле!»

Чарли. Копчушки! Кучами адскими! Через стекло подыхаю с адского запаха.

Танцую я, слеза глаза туманит,

В моих объятиях совсе-ем другая!

Тянется вечность. Бьет пять. Проползают еще какие-то невыносимо долгие века. Внезапно дверь распахивается, и люди стремглав кидаются захватывать места в углах. Почти теряя сознание от жары, они не садятся, а падают; бессильно навалившись на столы, всеми порами впитывают тепло и запахи съестного.

Мистер Уилкинс. Ну вы! Правила знаете, и чтоб без фокусов! До семи дрыхните, коли охота, но после запримечу какого храпака — враз в шею! А теперь, девушки, живо за дело, тащите чай!

Оглушительный хор. Два чаю сюда! На четверых большую чашку с пирожком! Копчушек! Мис-тер У-ил-кинс! Почем это сосиски? Пару! Мис-тер У-ил-кинс! Цигарку свернуть бумажки нету? Коп-чу-шек! Рыб-ки!..

Мистер Уилкинс. Тихо! Кончай орать, не то обслуживать не станем!

Миссис Макэллигот. Чуешь, миленька, как жар обратно в ногу текет?

Миссис Уэйн. Что это грубости какие хозяин произносит? На мое мнение, он не особо джентльмен.

Хрюкач. Во голодуха-то подперла, хрен дела! Пару сосисок бы для счастья!

Девицы (хором). Копчушек нам! Мис-тер У-ил-кинс! Копчушек нам сюда на всех! И пирожков!

Чарли. Не слабо! Хоть нанюхаться этой жратвой. Поинтересней чем на адской площади.

Рыжий. Э, слышь, Глухарь! Ты скоко уже отпил? Гони назад чертову чашку!

Мистер Толлбойс (нараспев). «Тогда уста наши были полны веселия, язык наш — пения!»

Миссис Макэллигот. Ей-бог, валюся с тутошней жары.

Мистер Уилкинс. Кончай там песни! Правила не знаешь?

Девицы (хором). Коп-чу-шек!

Хрюкач. Долбаные пирожки! Рыбехи драные! Кишки у меня крутит.

Папуля. Чай разве нынче-то? Заместо чаю чуток пыли в воде наварят и подают. (Рыгает.)

Чарли. Теперь козырь — всласть покемарить. А во сне адский антрекот с двойным гарниром. Клади, народ, башки на стол, сдвигайся для удобства.

Миссис Макэллигот. К боку мне привалися, детка. На моей кости и то мякоти боле, чем в тебе.

Рыжий. Шестерик дал бы щас за чертову цигарку, если б имелся чертов шестерик.

Чарли. Сплотись! Башку свою, Хрюкач, давай к моей. В порядке. Иисусе адский, как я щас задрыхну!

К столику проституток несут блюдо жирных копчушек.

Хрюкач (засыпая). Копчушки еще драные! Сколько ж ей раз в койку водить, чтоб покупать по стольку?

Миссис Макэллигот (в полусне). Кака тоска, кака была тоска-то, как Майкл от меня убег. Кинул с дитем клятым и что хотишь.

Миссис Бендиго (гневно тыча пальцем в проплывающий мимо поднос).