Священник

Целых три дня Аарон и Моисей ожидали у входа во дворец, пока не услышали дрожащий от страха и ярости крик фараона, разносимый эхом среди колонн его тронного зала:

Моисей положил руку на плечо Аарона, и они поспешили войти внутрь. Аарон шел уверенно, не спотыкаясь в густой темноте. Он видел, куда идти, словно Господь даровал ему зоркость совы. Он видел лицо Моисея, серьезное и полное сострадания, и бегающие, невидящие во тьме глаза фараона.

— Я здесь, Рамсес, — ответил Моисей.

Фараон повернулся к ним, наклонив голову, словно пытаясь услышать то, чего не мог разглядеть в кромешной темноте.

— Пойдите, поклонитесь Господу, — возвестил он. — Пусть только ваш мелкий и крупный скот останется здесь. Вы даже можете взять с собой детей.

— Нет, — возразил Моисей, — мы должны взять с собой наш крупный и мелкий скот, чтобы принести жертвы и всесожжения нашему Господу Богу. И мы должны забрать с собой все имущество — ни копыта не останется здесь. Мы должны будем выбрать жертвы нашему Господу Богу из этих животных. Но пока мы не придем туда, мы не знаем, какие жертвы потребует Бог.

Рамсес разразился проклятиями:

— Вон отсюда! — заорал он. — Не попадайтесь мне больше на глаза! В тот день, когда вы увидите лицо мое, вы умрете!

— Прекрасно! — закричал в ответ Моисей. — Я не увижу больше твоего лица! — Его голос изменился. Он стал глубоким и сильным, громко раздавался по всему залу. — Вот, что говорит Господь: «В полночь Я пройду посреди Египта. И умрет каждый первенец в каждом семействе по всему Египту от старшего сына фараона, восседающего на троне, до первенца рабыни. Даже первородное из скота умрет».

По телу Аарона побежали мурашки, его бросило в жар.

— Моисей! — взревел фараон, размахивая руками, словно пытаясь нащупать путь в темноте. — Думаешь, Осирис не защитит меня? Боги не позволят тебе прикоснуться к моему сыну!

— «И будет вопль великий по всей земле египетской, какого не бывало и какого не будет более. Но среди сынов Израилевых будет так спокойно, что даже пес не залает. Тогда вы узнаете, какое различие делает Господь между египтянами и израильтянами». Тогда прибегут ко мне все советники египетские и поклонятся низко: «Пожалуйста, уйдите от нас! — будут они умолять. — Поторопитесь! И заберите с собой всех!» Только тогда я уйду!»

С горящими от гнева глазами Моисей повернулся и быстро зашагал к выходу.

Идя по улицам города в землю Гесем, Моисей тихо и горячо молился, его глаза сверкали гневом. Завидев его, люди в страхе уходили с дороги и спешили скрыться в домах или лавках.

На окраине города Моисей воскликнул:

На глазах Аарона выступили слезы.

— Моисей… — произнес он. Больше он не мог ничего сказать.