Светлым магам вход воспрещен

Шейнэр схватил ритуальный кинжал и внимательно разглядывал его на свет.

– Разве это не отцовский кинжал? – спросил он у старшего брата. – Я думал, что он потерян.

– Нет, – неопределенно буркнул Нестор, отбирая некромантскую игрушку. – Не хочешь открыть бутылку? Эй, мелкая, поставь на место!"

"Хотя мы с Кэтти по-прежнему любовались зомби-грызунами, обе синхронно спрятали руки за спину. Во избежание волшебного пинка. Но оказалось, что Элоиза бесцеремонно открыла мутные стеклянные дверцы шкафа и с жадным любопытством крутила в руках одну из бутылочек, опечатанных красным сургучом.

– Ничего не трогай! – разозлился Нестор, отбирая флакон и с превеликой осторожностью ставя его на прежнее место. – Знаю я тебя: только отвернешься, как тут же белладонны не досчитаешься!

– Ты до конца моей жизни будешь припоминать? – оскорбленно фыркнула Элли.

– Да!

– Но не расслабляйся, дорогуша! – воспользовалась я прекрасной возможностью раззадорить надоедливую подружку. – Он и после твоей смерти вполне способен припомнить.

– Знаете, дамочки! – рявкнул бедняга, закрывая дверцы шкафа. – Садитесь за стол. Будем пить рябиновую настойку из бабкиного погреба и…

– И? – изогнула я брови. – Вызовем дух верховной ведьмы, чтобы поблагодарить за угощение?

– Будем наслаждаться вечером! – рыкнул он. – Садись, весноватая, и наслаждайся!

Хозяин согнал всех «дорогих гостей» за стол, откуда мы точно не дотянемся до любопытных некромантских побрякушек и не стащим ни одного флакона белладонны. На подносе под салфеткой обнаружилась нехитрая снедь для перекуса.

Нестор ловким движением вытащил из бутылки пробку. Хотя мы с Кэтти не понимали, что особенного в обычной настойке, пусть и вытащенной из личного винного погреба верховной ведьмы, все равно послушно потянули носом воздух возле бутылочного горлышка. Судя по запаху скисших ягод, рябиновая «амброзия» приказала долго жить еще до того, как верховная ведьма написала завещание и отказалась спать вечным сном по соседству с тетушкой деканом.

Только нас всех хотели угостить подозрительной настойкой, как обнаружилось, что два хрустальных бокала на пятерых совсем не делились, как ни извернись.

– Я разделю бокал с Кэтти. – Шейнэр тепло улыбнулся невесте.

Выходило, что остальным тоже предстояло угощаться из одной емкости. Мы мрачно переглянулись, без слов понимая, что даже смертельная жажда не заставит идейных врагов дегустировать бабкину настойку друг за другом из одного бокала. Во-первых, негигиенично, во-вторых… а вдруг отравимся?! Не зря в академии говорят: что ведьмаку хорошо, то чародею – смерть. Лучше не рисковать!

– Поделите бокал на двоих, – немедленно предложила я, воспользовавшись удобным случаем отказаться от банкета.