Светлым магам вход воспрещен

Начался новый круг ритуального знакомства, на сей раз с белобрысой ведьмой, при взгляде на которую у меня появлялось неясное чувство диссонанса. В голове крутилась настойчивая мысль, что ее лицо словно бы перерисовали и исправили кистью художника: сгладили скулы, заострили подбородок, выровняли цвет кожи, подправили лоб. И только глаза с вертикальными зрачками были настоящими: по-кошачьи хитрыми, по-змеиному злыми.

– Уверена, нам суждено стать лучшими подругами, – вновь заявила Элоиза.

Я не сдержалась: дернула уголком рта в издевательской усмешке – и в этот самый момент наткнулась на внимательный взгляд Торстена-старшего. Он изучал меня, похоже, задаваясь вопросом, кого, собственно, пустил в свой дом: простушку-бытовика, не способную справиться с библиотечной нечистью, или циничную чародейку, устроившую в замке магический переполох? В ответ получил таинственную улыбку и отвел глаза. Пусть гадает.

Шейнэр сдержал слово и после завтрака повел нас на обещанную экскурсию по замку. Без подружки детства дело не обошлось. Демонстрируя удивительное дружелюбие, она подхватила Кэтти под руку и, утягивая куда-то вглубь комнат, зачирикала:

– Нам обязательно надо посмотреть зал для приемов и обсерваторию в смотровой башне! С высоты открывается чудесный вид на окрестности!

Жених быстро догнал девушек, а я, изображая безмолвную строгую дуэнью, поплелась следом. Впрочем, «поплелась» было неточно сказано – поскакала, едва не выпрыгивая из домашних туфель. Экскурсией этот, с позволения сказать, забег по залам назвать можно было с большой натяжкой. За нами словно бы гнался библиотечный дух-хранитель и хотел потребовать назад дурацкий любовный роман, который мне пришлось таскать с собой.

Наконец мы добрались до полукруглого бального зала. В огромном помещении гуляли сквозняки, проникающие через высокие, от пола до потолка, окна. За ними был виден вычищенный от снега балкон с мраморной балюстрадой, и мне не сразу удалось приметить стеклянную дверь, ведущую наружу. Солнечный свет рисовал на паркете мозаику и отражался в черной глянцевой стене, похожей на настороженную водную гладь.

– Чистая магия, – с гордостью, словно колдовала над странной поверхностью лично, объявила Элоиза.

– Вообще-то, темная, – поправила я, разглядывая подозрительную стену с безопасного расстояния. По ней, как по воде, бежала заметная глазу рябь.

– Позволь? – Шейн протянул руку Кэтти.

Она вложила пальчики в раскрытую ладонь и оказалась вовлечена в неловкий танец. Всего несколько па, но черная гладь стремительно просветлела, тени расступились. Появился замок Торстен, словно запечатленный с высоты птичьего полета. Темная громадина казалась абсолютно реальной: башни, переходы, пристройки, стеклянная крыша оранжереи.