Светлый феникс

Вот только в академии ректор — царь и бог, его приказы не оспариваются, а вмешаться в методы его воспитания не может не то, что первая леди великого рода, сам Совет бессилен.

— Я скоро вернусь, — пообещал он и не удостоив леди Изельду и взглядом, широким шагом вышел из комнаты.

Леди Виолия едва за ним поспевала.

— Мне не о чем с тобой говорить, — прошипела леди Изельда, отойдя от очередного оскорбления, нанесенного ей братом мужа. — Я пришла к лорду Арвану, как к главе вашей семьи. Ты меня совершенно не интересуешь, леди третьего рода.

Леди попыталась круто развернуться, однако у нее ничего не вышло. Плотная стена тумана встала на ее пути.

Леди Рудана больше сдерживаться не могла. Видят боги, она сделала все, чтобы избежать безобразного конфликта, однако, когда ее мужа и ее ребёнка оскорбляют, промолчать и уж тем более проглотить оскорбление, оказалось выше ее сил.

— Зато мне есть, что тебе сказать, и ты меня выслушаешь, Блубка! [1]

— Не смей меня так называть!

— Ты за столько лет выучила лишь эти слова? — Насмешливо отозвалась леди Рудана и передразнила. — Я первая леди! Не смей…

Полюбовавшись перекошенным лицом собеседницы, леди Рудана покачала головой.

— Блубка, это уже даже не веселит. Выглядит жалко.

— Не смей со мной так разговаривать, — яростно потребовала леди Изельда, маска холодного пренебрежения слетела с ее лица. — Кем ты себя возомнила? Хочешь, чтобы не только дочь, но и твоего сына отлучили от главного поместья?

— И ты еще у меня спрашиваешь, что я возомнила? Задай этот вопрос себе. — голос леди Руданы дрожал. — С каких пор ты решаешь, появляться ли главному советнику главы рода в поместье или нет?

— Адарлейн станет замечательным советником отцу! Ему нужно лишь доучиться…

— Ему очень многое нужно, — покивала леди Рудана, — и учеба здесь даже не на первом месте. Но это ерунда, рыбка ты моя безобразная, мои дети — часть семьи, в то время как ты, лишь временная жена — данно полностью ты выполнить не сумела и твое нахождение в главном поместье, да и в семье под большим вопросом. Не тебе решать, кто будет жить в родовом замке, а кто нет. Как думаешь, что будет если Мэнор узнает, что ты назвала Арвана гостем в его же доме?

Леди Изельда пошла красными безобразными пятнами, к тому же от ярости и гнева она надула щеки, словно пыталась набрать побольше воздуха. Но ни слова не вымолвила, женщина прекрасно сознавала, что была не права, однако признавать это вслух не собиралась. Погорячилась в желании сделать как можно больнее тем, кто, по ее мнению, принижал достоинства сына.

— Или забыла, Изельда, сколько осталось времени до рассмотрения расторжения барка? Так я тебе, мразь зарвавшаяся, напомню — чуть больше года.