Увольняюсь, Ваша Светлость!

— Если вы уверены, что вернулся именно Сноу, в своем теле, но с чужим сознанием, то это принципиальный момент. Мы имеем дело с чрезвычайно редким явлением. Ни одна ипостась и ни один двойник на это не способны. Есть у меня предположение, которое кажется похожим на правду.

Я покраснела. В эти детали посвящать постороннего, даже Выша, отчаянно не хотелось.

— Его запах невозможно не узнать. Словно попадаешь утром в лес, а вокруг растут пряные травы. Второй пах совершенно не так. И потом, я видела его руки, касалась его, мы разговаривали… Но он назвал меня именем, которое использовал только Минотавр. Иначе мне бы и в голову не пришло подозревать…

— Интересно, кто же из двух красавцев отправился в правление. У них там сегодня горячий денек. Разбирают последствия урагана.

В нашу сторону из мастерской направлялись тяжелые шаги. На пороге показались два здоровенных тролля. Вернее, проем полностью занимал один, а голова второго пыталась протиснуться между его плечом и верхним косяком.

— Хозяйка, хозяину некогда. Он сказал дергать, то есть спрашивать с вас. Какой мрамор стелим? Розовый, цвета грозового неба или аквамарин!

Я растерялась. К тому же горный мастер коверкал слова на троллий манер. Вторая голова тоже не молчала:

— И какие прожилки — крупные или мелкие? У нас портал открыт. Сейчас опять что-нить оттудова вывалится на голову вурдалаку.

— Или мебель попортит, — добавил первый.

— Отлично, ребята. Мрамор под цвет стен, прожилки средней величины. Времени у вас час. Милорд мэр всегда является домой на ланч. Если шум будет мешать ему принимать пищу, то он проглотит вас вместо закуски, — нашелся мгновенно Выш.

Тролли испарились почти беззвучно. Зато на столе забренчал блокнот, который до этого молчал пару дней.

— Доброе утро, — выводил Конвей свои каллиграфические буквы. — Переживаю, что напугал или, еще хуже, причинил боль. У меня два обязательных совещания. Потом я смогу появиться на несколько минут.

Я тут же бросилась писать ответ. Задумалась лишь над тем, как к нему теперь обращаться. Если официально, то может обидеться и примчаться еще раньше. А если он ничего не помнит?

— Хорошего дня… Эллиот. Самочувствие прекрасное. На запястье нет следов шрама. Я в порядке. Но здесь ремонт, не нужно торопиться…

Снова звук пера, царапающего бумагу. Но Конвей зачеркнул фразу до того, как она проявилась. Начал другую:"

"— Джейн, давай пообедаем вдвоем в лучшем видовом ресторане. Закажу столик на террасе. Оттуда сразу пять мостов как на ладони. Река сегодня особенно полноводна.

Я сжимала и разжимала перо, чувствуя, что медленно и неотвратимо краснею. Сейчас он еще перечислит дворцы, какие можно посмотреть с высоты птичьего полета. Знать бы, как ему видится прошедшая ночь.