Путевой светлячок

— Он, по крайне мере, говорит хоть что-то, а ты вообще молчишь! — буркнула я уже на улице.

— Пчелка, я попусту болтать не привык! У меня наследник на руках, которого многие враждующие с нами кланы с удовольствием стерли бы с лица Тирэя и прекрасная эльфийка… Вчера вот представилась возможность поухаживать за тобой, я попытался, и если бы не этот блондинистый щенок…

— Ты… ухаживал?.. — потрясенно выпалила я. — Демонстрируя себя?

Рейн усмехнулся, бросил сверток Сунваалю, меня посадил на Терна к Хему и сам взлетел в седло.

— Знаешь, а мне показалось, что тебе понравилось… то что я показывал.

Я задохнулась от его слов, хватала ртом воздух и не знала, что ответить. А еще чувствовала, что краснею как помидор от стыда. Боги, ну почему у меня кожа такая светлая?

* * *В следующий раз наш отряд остановился перед большим двухэтажным зданием таверны. Под навесом стояло несколько лошадей, а из дома доносился шум. Сунвааль с Шанваалем шли первыми, за ними, держась за руки, — мы с Хемом, по бокам — Рейн с Дартваалем, а позади нас прикрывали Кервааль с Войсом.

Стоило зайти внутрь и осмотреть помещение, шум стих, и все посетители уставились на нас. Рейн подошел к хозяину — грузному мужчине из расы людей, протирающему кружки за барной стойкой — и, о чем-то пошептавшись, положил на столешницу несколько золотых. Через мгновение тот услужливо семенил перед огромным демоном, показывая дорогу на второй этаж, одновременно с этим громко окликая помощников. На его зов явилась молодая женщина и здоровый детина.

Нам выделили четыре комнаты: три с одной стороны узкого темного коридора, и одну напротив нашей с Хемом. Демоны по двое разошлись по своим номерам, а Рейн остался с нами.

Бугай-слуга притащил огромную металлическую лохань к нам в комнату, а затем натаскал туда воды.

Перед тем как уйти, Рейн оставил мои новые вещи и старый рюкзак на кровати и предупредил:

— Мы рядом, за стенкой, стоит тебе только пискнуть, и все через мгновение будут здесь. Так что ничего не бойтесь! Как помоетесь и оденетесь, пойдем ужинать. Хозяин сказал, что сегодня вечером здесь будет представление заезжих артистов.

Я радостно потрепала меланхоличного Хема по макушке и счастливо улыбнулась Рейну. Ведь сегодня столько хорошего произошло в моей жизни. И еще может произойти. Мой демон сказал, что я ему нравлюсь! Что он за мной, оказывается, ухаживает, пускай очень специфичным образом (в конце концов, может у демонов так принято), но все это может привести к серьезным, влекущим за собой брак, отношениям. Разве можно после этого печалиться о чем-то?

Рейн смотрел на меня, а я наблюдала, как лиловый цвет стремительно меняется на фиолетовый, а зрачок расширяется.