Светлейший. Отпуск не по плану (СИ)

Даже монастырь больше не действует. Кто вас туда пустил? Как вы добыли разрешение?

— Никто и не пускал… Мы просто наняли лодку и отправились туда сами… Нашли проводника из местных…

Княгиня стиснула кулаки. Ей и так было больно возвращаться в те воспоминания. А сейчас она выслушивала о том, как группа дурных студентов решила превратить семейную трагедию в туристический поход.

Я многозначительно взглянул на Оксану, давая ей понять, чтобы выбирала выражения.

— Прошу прощения, ваша светлость, — тут же поспешила сгладить углы журналистка. — Это была учебная экспедиция. Я должна была написать развернутый очерк, и мне следовало увидеть все своими глазами. Я даже взяла с собой фотоаппарат… Мы не сделали ничего, что бы осквернило память государя и его семьи…

— Продолжайте, — сухо велела княгиня.

— Мы добрались до Владимировки, — журналистка ткнула карандашом в точку на карте, где находилась деревня, которую отделял пролив от острова. — Там нашли рыбака, согласившегося отвезти нас на место трагедии.

— Но это же просто точка посреди озера, — покачала головой матушка. — Там глубина восемьдесят или сто метров, дно сложное. Вы бы ничего не смогли рассмотреть. Ладожское озеро очень глубокое.

— Да, но я хотела заснять само место. Хотела понять… Хотела понять, что последним видели те несчастные люди…

Оксана достала пачку фотографий. Занятно, что она снимала на пленочный фотоаппарат, и теперь эти распечатанные кадры выглядели действительно словно из другой эпохи, хотя были сделаны в прошлом году. Блеклые цвета лишь усугубляли эффект от сероватых красок северной природы.

Матушка осторожно взяла в руки один из снимков. Это был типичный ладожский пейзаж: толща темной сине-серой воды под бледным небом со свинцовыми облаками. И краешек чернеющего леса со стороны острова.

— Хотите знать, что мы тогда видели и чувствовали? — княгиня уставилась на журналистку, и та поежилась под ее тяжелым взглядом. — Отчаяние. Непонимание. Страх и беспомощность. Паника. Судно взорвалось и тонуло. Тем, кто погиб сразу, повезло. Остальные — раненные, обожженные, покалеченные — отчаянно цеплялись за жизнь в ледяной воде. Ведь это был май… Спасательных шлюпок не хватило, многие повредило взрывом. И даже магия не смогла помочь спасти всех. Даже магия уровня «Алмаз».

Оксана опустила глаза.

— Простите, ваша светлость. Простите, что заставляю вас это вспоминать.

Я очень хорошо помнил тот день. Помнил смертоносный холод воды и безжалостный ветер. Помнил это серое небо, плававшие в воде обломки и людей. Помнил множество катеров, что пытались забирать людей, но было поздно. Помнил поисковую операцию, за которой следил весь мир.

Потому что именно в этот день, именно в момент этой трагедии начался мой отпуск в этом мире.