Светлая ведьма для Темного ректора (СИ)

— Мамочка, — немного шепелявя и картавя, всхлипывает Аллан. — Смотри, какие драконы красивые!

Они не просто красивые, они — потрясающие! Величественные, сильные и с глубокими мудрыми глазами, в которых нет ни капли безумства, про которое рассказывали книги.

Я прижимаю к себе сына, смотрю на воплощение легенд и понимаю, что с этого момента наш мир уже не будет прежним. И мне посчастливилось быть участницей этих перемен, увидеть то, как мудрость побеждает безумие, а сила духа торжествует над самодурством.

Сердце замирает, когда я перевожу взгляд на черного дракона. В свете лунных лучей его чешуя кажется мерцающей, придающей ему таинственности и волшебства.

Он смотрит мне в глаза, а кажется, что в душу. И я прекрасно понимаю, что он там находит — мою искреннюю любовь и благодарность. Дракон отвечает тем же.

Остальные ящеры по очереди отталкиваются от земли и, взяв с собой по одному из пленников, взмывают в небо и исчезают в темноте ночи. Один оставшийся, лазурный, подходит к нам и склоняет свою голову. Я робко касаюсь его морды и вглядываюсь в его глаза.

Губы растягиваются в улыбке, когда я узнаю его. Варгус. Он мягко подпихивает меня мордой, а потом склоняется к Аллану. Как-то интуитивно я понимаю, что Варгус хочет его унести отсюда. От меня. Но мне не страшно отпускать сына, потому что он точно будет в надежных руках.

Аллан тоже тянется к морде дракона, а потом резко обнимает ее обеими руками, прижимаясь щекой. Могут ли они общаться мысленно? Как драконы?

— Можно мне покататься на Варгусе? — с горящими от восторга глазами спрашивает Аллан.

Впечатления от вида настоящих драконов перекрыли весь ужас, который малыш испытал из-за короля. Я киваю ему: уверена, что Варгус позаботится о безопасности Аллана.

Дракон опускает крыло так, чтобы малышу было удобно залезть и, убедившись, что Аллан крепко держится, пружинящим движением отталкивается от земли и взмывает в небо. Ночь на мгновение наполняется счастливым детским визгом, который стихает вдали.

Что ж. Мы остаемся наедине с Рейнардом. Сейчас между нами около двадцати шагов. А кажется, будто мы совсем рядом.

Он делает шаг вперед, потом еще один, а потом резко оседает и падает на землю, трансформируясь в человека.

С ужасом подбегаю к Рейнарду. Он лежит совершенно неподвижно. Прижимаюсь ухом к его груди — сердце бьется.

Только вздыхаю с облегчением, как чувствую, что мои пальцы касаются чего-то теплого и липкого. Подношу их к глазам, а в нос бьем металлический запах крови.

Он ранен? Зажигаю магический огонек и внимательно осматриваю. Сбоку замечаю рану, уходящую на спину, под лопатку. С трудом переворачиваю Рейнарда набок.

Рана со рваными краями пересекает большую часть спины.