Грёзы лунного света

– И что за истории рассказывает Эмма? – спросил Талин, и у меня появилось нехорошее предчувствие.

– Она рассказывает нам о мире людей, – гордо сказала Эвира.

Я закрыла глаза. Это же прямо соль ему на рану.

– Она рассказывает нам про машины, про то, как люди летят к звездам. – Эвира вздохнула. – Эмма рисовала нам картинки лошадей и собак. Они такие красивые. Я хотела бы когда-нибудь научиться рисовать, как она. Она хотела показать нам, как это делать. Но для этого нам нужен был грамен и чернила. – Глаза Эвиры искрились от восторга. – Но школа была разрушена.

– Я думаю, нам нужно в будущем проверить, чему мы учим наших детей, – перебил ее Талин. – Не знал, что уроки об изобретениях людей, которые причиняют столько зла природе, есть в их расписании.

Нариана вдруг выпрямила спину, но Талин не дал ей и слова сказать.

– Мы учтем ваши высказывания при вынесении приговора, – сказал он, махнув рукой так, будто пытался отогнать назойливую муху.

Охранник взял Нариану за руку и вывел их с Эвирой из зала.

– Мы можем идти? – резко спросил Коллам.

Талин, казалось, взвешивал все риски и размышлял над тем, стоит ли ему раздражать Коллама еще больше. На его лице был написан гнев. Двое мужчин испепеляли друг друга взглядами, которые могли бы растопить целый айсберг.

Талин первым отвел глаза:

– У нас есть право взять Эмму под стражу.

Из груди Коллама вырвался рык, который, казалось, слышала не только я. Я была уверена, что он набросится на Талина, если тот будет настаивать на том, чтобы запереть меня в их комнатах. Я придвинулась ближе к Колламу и взяла его за руку.

– Однако, учитывая твое положение в обществе, Коллам, мы обойдемся без этого, – сказал Аарон, рисуя пальцем круги на своих документах. – На Совете мы обсудим, что делать.

– Это мудрое решение, – согласился другой мужчина, выбивая почву из-под ног Талина, который хотел возразить Аарону. Шелликот откинулся в кресле.

– Можете идти, – буркнул он. – Эмма не должна покидать ваш грот, пока Совет не примет решение.

Коллам согласно склонил голову и положил руку на мою талию. Когда мы выходили из зала, он держал голову высоко поднятой. Я почувствовала, что внутри у него все кипит, и это напугало меня. Не надо было Талину так его провоцировать. Едва дверь за нами закрылась, Коллам потерял самообладание. Он трясся от гнева, и это напугало меня еще больше, чем угрозы Талина.

– Ты должна покинуть Беренгар.

Я ошеломленно посмотрела на Юмиса.

– Они решили изгнать тебя, и, поверь, приговор мог быть гораздо хуже.

– Почему ты ничего не предпринял против этого?

– Совет избрал для этого специальную комиссию, – пояснил Юмис. – Я не должен вмешиваться в ее дела, если не хочу утратить авторитет. Коллам сделал для тебя все, что мог, и почти перешел черту.