Свет во мраке

Какая восхитительная смерть — я всеми фибрами ощутил тот ужас что окутал несчастных перед смертью. Это вызвало легкую улыбку на моем скрытом шлемом лице, быстро сменившуюся неудовольствием — лучше бы я убил их собственными руками, впитав их жизненную силу. Впрочем, мне удалось еще немного поживиться — в воздухи витали редкие искры энергии и я собрал все подчистую. Я голоден и редкие трапезы лишь приглушают, но не утоляют мой голод.

Развернувшись от переставшего существовать прохода, от заваленной двери, я взглянул на полученные трофеи. Трое. Трое ошарашенных врагов прижаты к земле. Один истекает кровь и жалобно стонет. Из чересчур глубоко рассечённого плеча хлещет яркая кровь. Это рану не назвать легкой… И одним прикосновением я избавил нечастного от страданий. Оставшихся двоих это впечатлило весьма и весьма — в их выпученных глазах плескалось море чувств, но преобладали страх и удивление.

— Оглушить! — приказал я — И ходу отсюда! Думаю, наша вылазка закончилась неплохо. Осталось успеть на ужин и день считай удался.

— Вылазка? — прохрипел всем довольный Рикар, опуская плотно сжатый кулак на основание черепа одного из пленников — Это скорее штурм! За подобное деяние в имперской армии дают высокую награду! Денежное содержание до конца жизни!

— Ну, думаю, нам за это никто не заплатит — фыркнул я, снимая шлем и утирая лицо — Быстрее. Пора отсюда убираться. Скоро стемнеет.

— Поспешим — согласился здоровяк, оглушая второго таким же ударом — Поспешим…

Отступление пятое.

Ущелье…Клятое ущелье.

Оно встретило незваных гостей холодным оскалом иззубренных гранитных скал и ледяным дыханием завывающего внутри ветра. Солнце померкло едва всадники медленным шагом ввели лошадей в каменный мешок. Тяжелый сумрак укутал плечи чужаков, надавил им на плечи тяжким грузом, тихонько захихикал в их ушах, добавляя в вой ветра безумные нотки темного веселья…

Что за проклятая скала эта Подкова?"

"Что за темное страшное место? Они много повидали в своих жизнях, но это место пробирало до дрожи даже самых бывалых из них… А ведь дорога все тянется и тянется вперед, петляет среди каменных обломков, среди куч битого камня, между редкими гнилыми пнями, среди бурой прошлогодней травы. Проход будто манит за собой — давай за мной, шагай, шагай дальше в ущелье, ни в коем случае не останавливайся…

Проклятое, воистину проклятое здесь место… Вон и кони пугливо прядают ушами, вздрагивают при каждом шорохе.