Свет в ее глазах

– Тюльпаны? Дороти, какой сейчас месяц?

Она недоверчиво посмотрела на меня, словно это я путала времена года.

– Апрель, твой день рождения же скоро, Джессика. Ты забыла?

– Мой день рождения в ноябре, через три дня. И я не Джессика, я Джоанна, – в который раз мне приходилось объяснять это Дороти.

Я не против делать это, ведь миссис Скотт больна, но в такие моменты мне становилось особенно грустно.

Я встала и взяла с тумбы фотографию Джессики в темно-синей блестящей рамке. Девушка на фотографии стояла за барным островом на кухне в свой восемнадцатый день рождения, одетая в полосатый оранжевый топ, и лучезарно улыбалась, глядя прямо в камеру. Мне стоило больших усилий уговорить Дороти поставить эту фотографию в гостиной. Раньше она лежала в коробке в ее спальне. Фотографию нашла Фелиция, когда они с Дороти разбирали старые вещи.

Я принесла рамку миссис Скотт.

– Вот, взгляните, это Джессика, ваша дочь. А я Джоанна, соседка.

Дороти взяла фотографию в руки и стала вглядываться в лицо девушки на фото.

В гостиной появилась Фелиция с подносом в руках, аккуратно поставив его на столик перед диваном, она села рядом с Дороти и взглянула на фотографию.

Почему Дороти принимает меня за свою дочь? Единственным сходством между нами были длинные темные волосы. А фотографии этой вообще лет сорок, а то и больше.

Улыбка с лица миссис Скотт исчезла, сменяясь гримасой, словно Дороти было больно.

– Джоанна, – сказала она и растерянно взглянула на меня.

– Да, а Джессика на фото, – объяснила я.

Миссис Скотт кивнула. Фелиция накрыла ее плечо рукой и ободряюще улыбнулась.

– Послушайте, Дороти, – нерешительно начала я. – Может, не так важен конфликт, если он забрал столько лет ваших жизней?

– Это невозможно, – потерянно сказала она.

– Ну почему? Ведь можно позвонить ей, найти профиль в социальных сетях и сказать, что вы ее любите, – настаивала я.

Своей упрямостью Дороти разозлила меня.

– Почему невозможно? – непонимающе спросила Фелиция.

Миссис Скотт вздохнула.

– Джессика давно умерла. Разбилась на машине.

Я поняла, что застыла напротив Дороти и Фелиции с открытым ртом.

Дороти никогда не упоминала об этом. Она вообще редко говорила о дочери. Все думали, что Джессика просто не хочет общаться со своей матерью.

– Значит, вы не ссорились с дочерью? – осторожно спросила я.

– Что произошло? – спросила Фелиция.

Я думала, что миссис Скотт не станет ничего рассказывать нам, но помолчав минуту, она заговорила:

– Мы жили тогда в Солтвилле, Джессика встречалась с местным хулиганом. Я не разрешала ей. Но она всегда делала то, что хотела. Когда ей было восемнадцать лет, она сбежала с ним. Спустя несколько лет она пыталась наладить со мной отношения, но я была так зла, что отказала ей. Еще через пять лет я получила звонок.