Свет в ее глазах

Так много эмоций отражалось в темных радужках, но я не могла определить их. Мне хотелось плакать от бессилия. Зачем он это делает? Берет меня, где пожелает, неистово и грубо, а затем целует так, что у меня дрожат коленки?

– Ты такая красивая.

– Я вижу и чувствую вкус земли во рту. А что ты делала?

Я судорожно всхлипнула и прикрыла рот рукой.

– Я потеряла свою заколку.

Блейк взглянул куда-то мне за спину и сказал:

Отстранившись, он направился к кустам роз, подсвечивая себе дорогу телефонным фонариком. Через полторы минуты пропажа была найдена.

– Держи, – он передал мне в руки заколку, а затем обнял меня за талию и еще раз поцеловал, легко, совсем без давления. – А теперь расскажешь, почему ты сбежала?

От его мягких прикосновений и вкрадчивого голоса я успокаивалась. Забавно, что человек, который разжигал во мне огонь, мог и погасить его. Или я просто запуталась в своих чувствах и эмоциях, обида на отца и ярость из-за потерянного проекта, словно красная пелена, заслоняли взор. Я не разбирала ничего на своем пути.

– В прошлом году я пыталась расширить сеть наших отелей на Юго-Восток Азии, но отец отказался. По его мнению, слишком велики риски, регион неспокойный. Я думала, он отказал мне, потому что у меня нет должного опыта, я молода и могу многого не понимать.

Я обратила внимание, как на яркий свет фонаря слетаются ночные мотыльки, и нашла в этом совпадение с моей ситуацией. Глупые насекомые не знают, что сгорят, как только поверят, что фонарь безопасен и долетят до него. А я снова и снова верю Блейку. Как бы он не стал моим фонарем.

– Но несколько минут назад я узнала, что он передал мой проект своей любовнице, вернее, уже невесте, она практически моя ровесница! И очень рада, что смогла оставить меня за бортом. Все это такое унижение!

Новые слезы покатились из глаз. Я хотела вытереть щеки, но Блейк опередил меня. Он обхватил мое лицо руками и мягко прошелся большими пальцами по моей коже.

– Мне хотелось верить, что дело в его убеждениях. Он сексист, и в этом причина подобного отношения ко мне. Но на самом деле причина всегда была во мне. Я всю жизнь пытаюсь заслужить его одобрение, но он меня не замечает. Он словно ненавидит меня с самого моего рождения. – Я мягко оттолкнула руки Блейка и взглянула ему в глаза. – Я не заслуживаю быть Хэтфилд, но для тебя это неудивительно, не зря ты высмеял мое место в семейной империи в тот день, когда мы впервые встретились после расставания.

От моих слов Блейк смутился, на его лице отразилось сожаление. А когда я в очередной раз всхлипнула, он обхватил мой затылок и крепко прижал меня к своей груди.

– В действительности я так не думал. Это было ребячеством, я чувствовал боль и хотел сделать больно тебе. Мне жаль.

Что-ж, я приму его извинения. Думаю, мы оба хороши.