Свидетель, не увидевший свет

Он должен быть, что называется, человеком «себе на уме», умеющим и привыкшим держать дистанцию со всеми и умеющим налаживать личные и деловые контакты. А еще он «в теме», он в курсе расследования и особенностей событий, с которыми Гуров тут столкнулся. Захарову придется передать для местного полицейского начальства их с Чебриковым подробные рапорта. Да еще на словах изложить свои впечатления. Он ведь не просто свидетель, а добровольный помощник и участник многих событий. Он один из тех, кто вместе с Гуровым и Чебриковым нашел труп Калинина. Придется ему верить!

Захаров сидел посреди комнаты за столом, спокойно сложив руки перед собой, посматривал на Гурова, на участкового и ждал решения. Подумалось, что, откажи они ему сейчас в попытке выбраться отсюда и связаться с властями, и Захаров уйдет самостоятельно. Встанет молча и уйдет. Но уже без всякого обещания позвать помощь. Нет, так он не сделает, на помощь он полицию позовет, сообщит о случившемся, но после своих дел. Это однозначно.

– Да, Игорь, – наконец принял решение Гуров, – спасибо тебе. Я ведь правильно понял, что ты пришел уже с готовым предложением отправиться в райцентр пешком? Так вот, насколько серьезно оцениваешь опасность преследования тебя преступниками, которые могут понять, что ты пошел за помощью?

– Оцениваю я ее не очень высоко, хотя обещаю быть бдительным.

– Он каждый день в лес ходит, – подхватил Чебриков, – все уже привыкли к этому. Может, и сработает.

– Логично, – согласился Захаров. – А еще я опытный человек, и подойти ко мне даже на ружейный выстрел не так-то просто. Кроме того, идти я буду по плохой, но все же автомобильной дороге. Тому, кто захочет на меня напасть, придется меня опередить и устроить засаду. И это по здешним-то местам? По горам и тайге?

– Ох, ребята, не это меня волнует, – проговорил Гуров, качая головой. – Ведь еще как-то через бурную реку переправиться надо. Я даже не представляю, где там можно перебросить веревку с крюком на конце, чтобы по ней перебраться на другой берег. Поток бушует почти вровень с берегами. Веревка провиснет до самой воды, и человека просто смоет напором.

– Есть одно средство, – не глядя ни на кого, вдруг сказал Захаров.

– Какое? – без особой надежды спросил Гуров.

– Дерево. Когда вы только приехали, я ходил к реке. Что-то мне не очень поверилось, что все так страшно. Моста, конечно, уже не было. Я и на старый мост смотрел, но он железный, практически висит над водой вниз головой, да и водой его заливает в таком состоянии. Так что лучше сразу застрелиться, чем на него лезть. А вот повыше по течению есть одно местечко. Там довольно узко, поток бешеный, конечно, зато на берегу растет большая ель. Если ее завалить, она очень даже достанет до другого берега.