Свет твоей души

Маг смотрел на меня немигающим взором целую маленькую вечность, а потом его губы изогнулись в хитрой улыбочке. Знала я эту улыбочку. Очень хорошо знала.

– Нет, нет и нет! – тут же запротестовала я. – Даже и не думай обольщаться. Просто спать. И все.

– Ты хочешь увидеть новый сон, – заявил он самодовольно. Вот так просто этот гад разгадал все мои планы, будто они были написаны у меня на лбу. – Чтобы узнать больше об острове. Знаешь, Марина, ты мне нравишься.

Я бы не сильно удивилась, если бы услышала подобное заявление от милого гномика. Или от короля драконов. Да даже, блин, от горного тролля! Но только не от темного мага, чье имя нельзя было называть. Или можно, не суть! Не от Брадура.

– Мне пора волноваться по этому поводу? – попыталась пошутить я.

Мужчина покачал головой.

– Нет, красавица. В свою команду я тебя все равно не возьму. Ты же моя жертва, забыла?

– Ах, да, – подыграла я. – Но я все же тебе нравлюсь?

Он сел поудобнее на кровати, свел вместе брови и медленно положил руку на мою ногу. Я ее попыталась отдернуть, но упрямый маг схватил ее и вернул обратно.

– Ты отличаешься от ведьм… моего времени, скажем так. Все они были такими нежными, ранимыми, неприступными. Как цветки.

– Даже темные? Даже некромантки? – удивилась я. И Брадур неожиданно кивнул.

– Они могли умертвить все селение сильнейшим заклинанием, но когда мужчины касались их, сгорали от смущения. Иногда это умиляло, но чаще раздражало.

Я снова отдернула ногу, когда его наглая конечность поползла вверх к моей коленке.

– Хочешь сказать, что я развратная личность? – возмутилась я. А потом вдруг вспомнила последний сон про него и Гривельду, и стало до жути обидно за девушку. Его жену, между прочим. Свет его души, его жизнь, как он сам ее нарекал. – И что же, невинность Гривельды тебя тоже раздражала?

Брадур расхохотался. Неожиданно. И вовсе не зловеще, как раньше. Черт меня подери, он смеялся, как Сатар. Даже захотелось хорошенько пнуть его этой самой ногой, которая никак не давала ему покоя.

– Нет же! Конечно, нет, – заговорил он. – Ты же сама все видела. Гривельда сводила меня с ума. Между нами образовалась особая магия. Ей было достаточно лишь посмотреть на меня, и я был готов ползать у ее ног. Так я и делал. Моя ведьма была единственной в этой мире, кто мог обуздать меня. Она мною владела, Марина. Как рабом.

Он говорил о своей погибшей жене с такой страстью, что на одну крохотную секунду я ощутила непонятный мне укол горечи. Почему Сатар так сильно хотел меня в своем будущем? Почему меня? Разве я сумею когда-либо затмить его любовь к Гривельде? Смогу конкурировать с этой женщиной? Если мне вообще удастся выжить в конце этой истории.

– Ты говоришь так, будто это было твоим проклятием, – прошептала я.

Брадур хмыкнул и резко дернул мою ногу.