Свет погасшей звезды (СИ)

Что ещё?

О его преждевременной смерти думать не стоит, — неуютно передёрнула плечами Наташа. Также он мог вернуться в своё время. Нежданно-негаданно нашёлся другой выход. Шамси ушёл, уверенный в том, что она не настолько глупа, чтобы добровольно лезть в петлю. Усмехнулась: сказка о «загробной» жизни, как выразилась Татьяна, снова стала актуальной.

Испугался? — вела далее мысленный разговор с собой. Бояться было чего. Оказаться в автобусе, зная о его падении с моста, испытание ещё то. Но она же здесь. Не боится? Пока нет. Потому что в любой момент, хоть будет и проблематично, но можно повернуть назад.

Человек не должен знать часа своей смерти, — думала она озадаченно. А тут ещё и место смерти известно.

Засада, — вертелась девушка, устраиваясь на сиденье удобнее. Что-то же на мосту в Ингольштадте произойдёт. Погибнут люди."

"Не верилось, что нельзя предотвратить трагедию. Наташа обязательно что-нибудь придумает. Можно предупредить водителя, чтобы был внимательнее, снизил скорость или вовсе поехал в объезд. А пока…

Она опустила спинку сиденья. Заснуть не удастся, но полудрёма её тоже устроит.

В салон поступал прохладный воздух. Люся, всё разъяснив и ответив на немногочисленные вопросы, заняла место рядом с водителем и затихла. Погас свет. Пассажирский салон наполнился едва слышным утробным гудением мотора и релаксирующей музыкой. То, что нужно для недоспавших туристов, собравшихся с наибольшим комфортом проскочить часть территории Беларуси до границы с Польшей.

Услышав над собой громкий шёпот, а затем и возмущённый собачий визг, девушка открыла глаза.

— Простите, пожалуйста, — Роза Львовна одной рукой держалась за подлокотник кресла, а второй пыталась ухватить Мисси поперёк тела. — Не слышала, как она соскочила с моих колен.

И Наташа не слышала, как собака прыгнула на соседнее сиденье и устроилась рядом с ней на отдых.

— Не трогайте, пусть остаётся, — опустила она ладонь на короткую шелковистую шёрстку на загривке шпица. Погладила, и та лизнула её шершавым язычком по тыльной стороне ладони.

С тех пор так и повелось. Днём Мисси перебегала от одного туриста к другому, Люсю откровенно игнорировала, у водительского кресла долго не задерживалась: чихала и скребла пол задними лапами, закапывая «бяку», а Михая не переносила на дух, облаивая того при любом удобном случае.

Он скалился и рычал на неё в ответ:

— Грр, щас-с тебя съем, — и потирал ладони в предвкушении, от чего собака лаяла пуще прежнего.

Но спать Мисси приходила к Наташе. Обнюхивала чехол сиденья, смешно морщила носик-пуговку, показывая мелкие острые зубки, вертелась вокруг своей оси и плюхалась на бочок, собираясь провести часы отдыха в обществе полюбившейся попутчицы.