Свет и печаль

обрадуется, узнав, что мое обручение не состоится. Он с самого начала не одобрял эту идею. Не знаю почему. Тем более что еще совсем недавно сам всеми силами старался поскорее выдать меня замуж,

— Может быть, вам стоит попытаться спросить его об этом? Ведь задающие вопросы обычно получают на них ответы.

— Не сейчас. Пока у Ларри при разговоре со мной только портится настроение. Он будет рад промолчать в ответ на любые мои вопросы; Я даже не понимаю, почему мои чувства к нему, несмотря ни на что, остаются прежними? Не знай; насколько глубоко он любил Милдред. Наверное, очень любил. Иначе она сбежала бы от него значительно раньше. Но если была такая страстная любовь, почему они развелись?

— Не думайте слишком мйого об этом, Сьюзен. Все в нашем мире имеет свойство устраиваться само собой. Не надо только этому мешать.

— Может, вы и правы. В конце концов, я не могу похвастаться какими-нибудь сногсшибательными успехами, которыми была бы обязана самой себе. Может, и впрямь Провидение решает все за нас.

— До свидания, Том.

Распрощавшись с Томом, Сьюзен отправилась в парикмахерскую, которую частенько посещала и раньше. Молоденькая хозяйка поспешила ей навстречу и усадила в кресло перед зеркалом, уверяя, что быстро превратит ее голову в настоящее произведение искусства.

— Я же всегда говорила, что вы редкостная естественная блондинка, — сказала она, намыливая голову Сьюзен шампунем. — И с необкновенным золотым оттенком волос. Вы хотите причесаться для какого-то особого случая?

— Я приглашена сегодня на званый ужин. Хочу прилично выглядеть.

— Гмм.. Понятно. Где же состоится этот званый ужин? В каком-нибудь из местных ресторанов?

— Почти что так. Правда, до него надо еще проехать с полсотни миль.

— Ясно…

Они проболтали часа полтора. Все это время пальцы хозяйки парикмахерской священнодействовали над головкой Сьюзен. Когда она встала, то нашла себя неотразимо элегантной. Домой Сьюзен приехала минут за десять до появления Ларри и Уэлша. Она увидела их из окон своей спальни, когда оба поднимались по ступенькам парадного крыльца. Заметив, что Ларри, скорее всего, машинально поднял голову и посмотрел на ее окно; Сьюзен отскочила в глубь комнаты. И все же успела заметить выражение гнева на лице брата. Это означало, что предстоявший ужин обещал мало приятного. Во всяком случае, для нее. Сьюзен спустилась вниз и быстро приготовила обоим чай. Ларри по этому поводу заметил, что хотел бы ввести в свой обиход столь модное у англичан “пятичасовое чаепитие”.

— Скажу откровенно, Ларри, — улыбнулся Хью, — что если бы эта женщина уже не была вашей женой, я уговорил бы Сьюзен уехать со мной! Она совершенно в моем вкусе. Говорю вам об этом совершенно серьезно!

— Было бы неплохо! — процедил Ларри сквозь зубы.