Свет и печаль

Любовь, которую она многие годы отрицала, оказалась правдой.

Подойдя к окну, Сьюзен долго смотрела вдаль. Да, она полюбила. Полюбила Ларри, своего сводного брата. Чувство невозможное, нелепое, лишенное всяких надежд. По крайней мере, Сьюзен пыталась себя в этом убедить. Ларри никогда не позволит себе ответить на него взаимностью."

"Даже пусть в душе не совсем равнодушен к сводной сестре. Но если брат все же любит ее, что делать? И именно сейчас? На эти вопросы быстрее, чем разум, ответили чувства Сьюзен. Они упорно твердили, что ей придется нарушить волю покойного отца. Облокотившись на подоконник, Сьюзен продолжала смотреть куда-то вдаль. Странно, что именно сейчас, накануне помолвки с другим человеком, она неожиданно осознала свои истинные чувства. Как сможет она теперь выйти замуж за Роули? Теперь, когда вся душа ее устремлена к Ларри? С другой стороны, если отказаться от этого брака, что может ожидать ее в будущем? Боль и страдания безответной любви к человеку, который никогда ее не полюбит? Пустая жизнь, в которой у нее не будет ни мужа, ни семьи, ни детей? Они с Роули хоть не обманывали друг друга, не притворялись безумно влюбленными. Но когда Сьюзен согласилась выйти замуж за Роули, она еще не знала, что любит Ларри. Только прошлой ночью, и лишь благодаря Ларри, ей открылся волшебный мир любви. Что же теперь? Мысли в голове Сьюзен смешались. В этот момент с кровати, на которой лежал Ларри, донесся какой-то звук. Она повернулась и увидела, что брат изо всех сил пытается подняться. Он сбросил с себя всю одежду и оказался совершенно голым. Сьюзен поспешно отвела глаза. Ларри с ненавистью посмотрел на сестру:

— Сьюзен, что, черт побери, ты здесь делаешь? Он узнал ее. Ничто не говорило о том, что присутствие сводной сестры его радует.

— Я ухаживала за тобой, Ларри, — кисло ответила Сьюзен. — У тебя случился рецидив твоей болезни. Скоро приедет доктор Тернер и привезет кое-какие антибиотики.

Тернер — старая баба. Он ничего не смыслит в медицине, Я не болен! Понимаешь? Я совершенно здоров. — Губы Ларри скривились в столь знакомой Сьюзен сардонической ухмылке. — Итак, мы решили сыграть роль ангела-хранителя? Как жаль, что я разрушил столь трогательный сюжет. Но ведь…

Ларри неожиданно замолчал на полуслове и снова рухнул на постель. По его лицу и груди крупными каплями катился пот. Все тело сотрясал озноб. Сьюзен услышала скрежет стиснутых от боли зубов. В мгновение ока она забыла враждебность, с которой Ларри только что пытался с ней говорить, бросилась к кровати, подняла с пола простыни и накрыла ими тело брата, умоляя его не сопротивляться и лежать спокойно. Но у Ларри уже не осталось для этого сил. Он лежал на спине, откинув голову, и тяжело дышал. Сьюзен поняла, что ему очень плохо.