Свет и печаль

 — Ты, видно, не смеешь вернуться в Гринтаун и сказать своему Роули, что я не дал вам благословения?! Ты боишься, что без соблюдения всех пошлых приличий он не женится на тебе? Ведь именно! это тебя беспокоит, признайся! Неужели он такой потрясающий любовник, что ты боишься его потерять?

Подавив острое желание ответить, что она и Роули никогда не были любовниками, Сьюзен спросила:"

"— Я просто хочу знать, почему ты так категорически настроен против моего замужества? В чем дело?

Ларри помолчал несколько мгновений. Потом подошел к сестре почти вплотную.

— Почему? Изволь, я отвечу. Возможно потому, что все это выглядит чистым расчетом. Без всяких чувств. Мне жаль тебя. Я почти уверен, что ты до сих пор не знаешь, что значит желать другого человека всей душой, всем сердцем, всем телом!

— Ларри…

Сьюзен протянула руку, чтобы провести ладонью по его волосам, дотронуться до обнаженной груди, погладить мускулистую руку. Но Ларри резко отстранился.

— Иди к себе в комнату, Сьюзен! — сказал он твердым голосом, в котором прозвучало раздражение.

Это шокировало Сьюзбн.

— Почему… Почему ты так…

— Послушай, я не могу разговаривать с полураздетой женщиной! Ты должна понимать это!

Ларри мрачно взглянул ей в глаза. Только сейчас Сьюзен поняла, как странно выглядит в старом платье, из-под которого до пят ниспадает. Шелковая ночная рубашка. Неожиданно все ее тело затрепетало после этих откровенных в своей грубости слов.

— Но ты же мой брат, Ларри! — проговорила она хриплым голосом.

— Сводный брат. В наших жилах течет не родная кровь. Наши родственные узы весьма условны. Я мужчина и легко могу поддаться на твои сексуальные провокации. В этом не будет ничего противозаконного.

Провокации? Сьюзен посмотрела на брата широко раскрытыми глазами. Но тот, казалось, настолько утонул в собственных чувствах, что не заметил ее удивления. Сьюзен показалось даже, что он вообще ее не видит.

— Зачем ты пришла сюда? — сердито крикнул он, придя наконец в себя. — Ты хочешь самым подлым способом вырвать у меня согласие на брак?

— Нет, нет, Ларри. Как ты мог так подумать! Я понимаю, что ты тоскуешь без Милдред, но…

— Прости, иначе я просто не могу объяснить твое присутствие сейчас в моей комнате! Я не могу ручаться за себя, видя тебя перед собой чуть ли не голой! У меня слишком давно не было женщины. Может, ты задумала переспать со мной, Сьюзен? Впрочем, почему бы и нет? Черт побери, действительно, почему бы нет?!

Он прижал Сьюзен к себе. Ей вдруг показалось, что так было уже не раз. Его ладони… Теплые, мягкие, очень знакомые… Они проникли под шелк ее ночной рубашки, гладили обнаженные плечи, касались сразу же сделавшихся каменными сосков. Сьюзен вдруг почувствовала такое наслаждение, что даже не подумала хоть как-то сопротивляться.