Сверкающая надежда (ЛП)

Наши губы идеально прилегали друг к другу, и я почувствовала, как мне этого не хватает.

Он перестал целовать меня и некоторое время смотрел на меня, прижимаясь кончиком носа к моему.

— Ты можешь задать мне этот единственный вопрос еще раз?

— Какой вопрос? — Тихо прошептал он мне в губы, и я почувствовала его теплое дыхание, которое щекотало.

— Хочу ли я быть твоей девушкой?

Я пожалела, что сказала, что между нами все кончено, потому что я этого не хотела.

— О, поверь мне, Луна, мы никогда не были в разлуке. Я уже столько раз целовал тебя в лоб, чтобы пообещать, что в этой жизни и в тысячах последующих мы навсегда.

57. Луна

Я сидела в одном из классов рядом с Генри, а вообще-то еще и с Чарльзом, но он остался на диване с прошлой пятницы, когда мы все ночевали у него, и теперь мы постоянно чередовали, кто остается с ним на ночь.

Чаще всего с ним оставался Картер.

Уэстон объяснил, что ему нелегко приходится дома с родителями.

Ария, Генри, Уэстон и я постоянно чередовались, но на этой неделе Ария была не в Истбурге, а на побережье Нью-Джерси в Истхилле, потому что в нашем плавательном зале шел ремонт, и в бассейне не было ни капли воды.

Комната Итана теперь тоже была пуста.

Я хотела сама прибраться в его комнате и взяла из дома несколько уже пустых коробок, оставшихся после переезда.

Уэстон и Картер отвезли коробки, которые я постепенно заполняла его вещами, ко мне домой и пока поставили их в подвале.

Мне потребовалось некоторое усилие, чтобы освободить его комнату, потому что это были вещи моего брата, и было странно упаковывать все его вещи после его смерти. Это было так окончательно.

Многое произошло с прошлой пятницы.

Не только то, что Чарльз больше не покидал диван, но и то, что моей маме помогли.

Я привезла Уэстона домой после той ночи, когда мы все вместе спали в гостиной, и они вдвоем разговаривали.

Я снова начала приближаться к нормальной жизни."

"Все уже никогда не будет так, как раньше, потому что Итана больше нет, и из-за него откололся большой кусок моего сердца, но у меня был человек, который позаботился об этой дыре в моем сердце и заполнил ее.

Словно почувствовав, что я думаю о нем, Уэстон ворвался в комнату посреди урока.

— Луна Монтгомери здесь? — Задыхался он, ища меня в коридоре, заполненном студентами.

Я взглянула на Генри, который смотрел вчерашний хоккейный матч на своем телефоне, и когда я вопросительно посмотрела на него, чтобы узнать, знает ли он что-нибудь об этом, он только покачал головой.

— Вы ведь знаете, что я сейчас веду здесь занятия, мистер Синклер?

— Вы могли бы продолжать их, но я должен похитить свою девушку.

По лицу моего профессора было видно, что она не находит это забавным.