Сведенные судьбой

— Если бы на кону стояли ваши законные права, — парировала Пандора, — вы бы не относились к ним как к частностям.

— Но вы же женщина.

— И потому существо подчиненное?"

"— Нет, — быстро среагировал Габриель. В нем воспитали уважение к интеллекту женщин. В их доме авторитет матери был ничуть не меньше авторитета отца. — Любой мужчина, который считает, что женщина глупее, недооценивает на свой страх и риск. Однако природа возлагает на женщин определенные обязанности — вынашивать детей, например. Одно это говорит о том, что ни у одного мужчины нет права превращать брак в диктатуру.

— Но так бывает сплошь и рядом. В соответствии с законом муж может вести себя, как ему захочется.

— Любой порядочный мужчина относится к своей жене как к партнеру. Моя семья тому пример.

— Я в этом не сомневаюсь, — согласилась Пандора. — Но это особенность их брака, а не юридическое основание. Если вашему отцу вдруг придет в голову недобросовестно относиться к своей жене, ему никто в этом не помешает.

— Я его остановлю, дьявол меня забери!

— Но почему благополучие герцогини отдается на милость мужа или сына? Почему у нее нет права самой решать, как к ней должны относиться?

Габриелю захотелось поспорить с ней и указать на негибкость и непрактичность ее аргументов. Его так и подмывало спросить, почему миллионы других женщин с удовольствием вступают в брачный союз, который она считает столь несовершенным.

Но не смог. Как бы ему не хотелось этого признавать, но… в ее логике было рациональное зерно.

— Вы ведь… не совсем не правы, — заставил он себя выговорить. — Дело не в законе, а во взаимном доверии.

— Но вы фактически утверждаете, что человеку с пожизненной властью надо мной я должна доверить воплощать все мои решения так, как я сама предпочла бы их выполнить, когда мне проще было бы осуществить их самой. — Искренне недоумевая, Пандора спросила: — И зачем мне это нужно?

— Затем, что брак ведь нечто больше, чем юридические отношения. Брак — это еще дружеское общение, ощущение безопасности, страсть, любовь. Разве все это не важно для вас?

— Важно. — Пандора опустила глаза. — Именно поэтому я никогда не смогу испытать их к человеку, чьей собственностью стану.

Вот дьявол!

Причины ее сопротивления браку лежали глубже, чем Габриель мог вообразить. Он полагал, что Пандора — нонконформистка, а она оказалась мятежницей.

Они приблизились к сестрам, сидевшим рядом, пока Иво и Джастин в отдалении наполняли ведерки мокрым песком.

— О чем это вы беседуете? — спросила брата Серафина.

— О личном, — коротко ответил он.

Феба наклонилась к ней и произнесла театральным шепотом:

— Я думаю, у нашего братца случился момент просветления.