Сварог

Густые строчки белых непонятных знаков. Вполне возможно, он держал книгу вверх ногами. А может, читать ее следовало, держа горизонтально, и строчки должны были идти параллельно переплету… Он почти пробежал по коридорам, остановился перед зеленой с золотом дверью, за которой шумела вода, громко спросил:

– Значит, ты его прикончила?

– Входи.

Он чертыхнулся, вошел. Мара блаженно вытянулась в огромной мраморной ванне, укутанная снежно-белой пеной. Улыбнулась подняла из пены тонкую сильную руку:

– Снимай все и полезай сюда.

– Рассказывай! – рявкнул Сварог.

– Это и называется ревность? Глупо…

– Кто тут командир?!

Она осеклась, личико стало замкнутым и строгим:

– Есть, командир. Когда я приехала, он почти сразу потащил в спальню…

– Без этих подробностей."

"– Слушаюсь. Одним словом, вдоволь наигравшись, он разнежился и стал предлагать переселиться к нему. Я навела разговор на книги, потом на магию, и он похвастался, что у него есть настоящая магическая книга Изначальных с острова Диорн. Мы пошли в библиотеку, и он показал эту самую книгу. Иголку я прихватила с собой, в волосах спрятала, и когда он опять взыграл, прижал меня к полкам, незаметно воткнула… Есть разные точки. Можно сделать так, чтобы человек умер через неделю, через месяц. Я сделала так, чтобы он умер сразу. Оделась, забрала книгу – перстень он сунул еще раньше – и ушла. Заклинания с библиотеки он снял, когда мы туда входили, а потом, понятно, вновь поставить их не успел… Никто меня не остановил. У него там обретается странный тип. Несомненный стагарец, причем колдун – мочки ушей обрезаны, на щеке, вот здесь, маленькое синее клеймо…

– Знаток морского волшебства? Мы вообще-то на суше…

– Чем-то неприятным от него веет, – сказала Мара. – Морское волшебство, меня учили, не доброе и не злое. Но если очень постараться, получится крен в какую-то одну сторону, так что они разными бывают, стагарцы… Он видел, как я уходила. Вроде бы ничего не заподозрил, но все равно уставился, как заправский волк… Если он слабый колдун, никто не обеспокоится. Решат, что сердчишко старика не выдержало достойных пылкой юности ветреных забав… А если и догадаются, все равно ничего не изменить. Не оставлять же им было книгу?

– Действительно…

– Ты меня даже не похвалил.

– Хвалю, – без всякого выражения сказал Сварог.

Судя по выражению ее лица, она осталась недовольна:

– И перстень отобрал…

– Лежи, отмокай, – сказал Сварог и вышел.

В гостиной сидел барон Гинкер, издали разглядывая лежащую на столе книгу. Увидев Сварога, закивал с ласковой укоризной, словно журил внучка за съеденное без спросу варенье:

– Круто начинаете, милый. Хотя, если подумать, черт с ним, туда и дорога…

– Пошлите туда людей, – сказал Сварог.