Сварог

Кто-то внушал ему такую мысль…

Улочка, по которой он шагал, была безлюдна, по обе стороны расположились купеческие лабазы – глухие стены без окон, такие, что и пушкой не прошибешь, высоченные заборы, усыпанные битым стеклом.

Медленно вынув кошелек, Сварог бросил его на землю и пошел прочь. Сосредоточился. Резко шагнул вбок. Теперь тот, кто крался за ним следом, видел быстро удалявшегося двойника, а самого Сварога видеть не мог. Если только незнакомец был слабее в магии. Однако здесь попадаются крепенькие самородки, как ни бдят наверху…

Нет, самородок все же оказался слабеньким. Худая фигура в низко нахлобученном на глаза бонилоне, явно не замечая Сварога, кинулась к кошельку. Сварог подождал, пока тот подберет туго завязанный кожаный мешочек, вышел из невидимого состояния. Аккуратно взял воришку правой рукой за глотку, а левой за правый локоть, спиной вперед протащил, наступая, до ближайшей стены, притиснул к ней и вежливо спросил:

– Тебя мама не учила в детстве, что воровать нехорошо?

Пленник так ошалел, что не сопротивлялся вовсе. Сварог рассмотрел молодое худое лицо с редкими кошачьими усиками, бляху Бронзовой гильдии – содержатель домашней птицы, надо же…

Застучали копыта – неведомо откуда возник разъезд городской стражи. Двое всадников проскочили мимо и остановились поодаль, третий присмотрелся, держа копье наготове:

– Что такое?

– Морду бью, – сказал Сварог. – Свои счеты. Он не жалуется. Ты ведь не жалуешься?

Пленник молчал."

"– Видите, не жалуется, – сказал Сварог. – Сами обойдемся, без всякой полиции…

Стражник оглядел обоих. Вообще-то «бордовые», служившие при ратуше, старались, как могли, вытаскивать горожан из стычек с дворянами, но пленник Сварога не просил помощи, и это сбивало с толку. Всадник махнул рукой, не желая впутываться в непонятное дело:

– Ладно, только чтобы без трупов…

Все трое пустили коней рысью и исчезли за поворотом.

– Сдай я тебя как вора? – спросил Сварог.

– Магистратский суд, – уныло ответил пленник.

– А как колдуна?

– Королевский суд, а то и Багряная Палата…

– Оценил мое великодушие?

– Оценил.

– Не благодаришь, пощады не просишь… – задумчиво сказал Сварог. – Гордый или понимаешь, что придется отслужить?

– Понимаю. Только уговор – без мокрого… И без педерастических штучек.

– Сплю я только с женщинами, а убивать умею и сам, – сказал Сварог. – Попробуешь убежать, только хуже будет.

– Понял…

– Тогда шагай рядом, как застенчивая невеста, и рассказывай – как ты докатился до такой жизни и почему тебя, соколика, до сих пор не изловили охотники за колдунами. Только без вранья, не пройдет…

Тот нехотя и вяло принялся рассказывать. Выяснилось, что зовут его Паколет, потомственный вольный горожанин, двадцати четырех лет от роду.