Сварог

Вахтенный офицер забился в захвате, чувствуя подступающее удушье. Попытался было оторвать от себя руку Сварога. Начинал задыхаться, побагровел лицом и закатил глаза. В последний момент Сварог разжал захват."

"– Не надо! – тут же прохрипел офицер, глотая ртом воздух, как рыба на песке. – Я… я согласен на ваши условия.

– Соврешь – твоих людей буду убивать лично я. Тебя приведут посмотреть на их трупы, после чего ты навсегда забудешь сладкое слово «сон». Я тебе обещаю, – решил внести свою лепту в обработку пленника Босой Медведь. Видимо, опыт в подобной обработке у него имелся преизрядный: он произнес свою угрозу столь елейным тоном, что даже Сварога пробрало.

– Сколько человек на борту? – спросил Сварог.

– Семеро, включая меня и того, кто вас пустил. Что… что с ним?

– Жив. Пока. Где остальные?

– В долгосрочной увольнительной. Мы – дежурная смена. Сокращенный боевой расчет.

– Я имею в виду – остальные пятеро, – раздраженно повысил голос допросчик. – В каких каютах, отсеках, помещениях?

– Двое – седьмой блок, третий отсек, каюта два. Это на…

– Знаю. Дальше!

– Трое по одному в следующих каютах: номера три, четыре, пять. Все спят… Должны спать.

– Ясно. Хвалю за службу. Медведь!

Босой Медведь, ожидая этого приказа, уже сжимал в ладони некий предмет размером с карманный фонарик. На жаргоне эта штука именовалась «мотылек» и представляла собой до крайности упрощенный аналог того оружия, с которым бегали каскадовцы. Заряда каскадовских «ранцев» хватало на множество воздействий, а «мотылек» был одноразовым. Зато, судя по описаниям уголовных друзей, парализовал качественно. Недаром за ношение и хранение «мотылька» полагался неслабый срок.

Медведь приставил к шее пленника заостренные контакты и нажал на кнопку. Треснуло, вспыхнуло, вахтенный офицер содрогнулся всем телом, охнул и затих.

– Надеюсь, не соврал, – сказал Сварог. Чертовски хотелось включить детектор лжи – но ведь взвоют все эти «Боро» один, два, шесть и далее по списку. – Вроде проникся до донышка. В рубке на всякий случай оставим Щепку с парочкой «мотыльков», внизу она нам все равно ничем не поможет… Бери его и пошли!

Медведь, взвалив на плечо обездвиженного моряка, вышел из рубки следом за Сварогом. Лифт, постепенно превращающийся в камеру предварительного заключения, доставил их на вторую палубу. Предстояла заключительная фаза операции.

Сварог взял на себя троих, Босому Медведю препоручил двух оставшихся. Подходя к каюте, в которой, по утверждению вахтенного офицера, должны были мирно дрыхнуть двое членов экипажа «Пронзающего», Сварог достал два из трех припасенных им «мотылька». Толкнул люк, тот отъехал в сторону. Было бы странно, если б моряки запирались изнутри. Двусмысленно получилось бы как-то.