Сварог

Сварог подставил под размашистый удар локоть, булыжник выпал из разжавшихся пальцев и поплыл своим путем. А граф Гэйр ухватил мастера дамурга за плечи и вбил лобовую броню шлема в сетчатое забрало противника.

Сверху наплывало темное тело – каменище размером с космическую станцию. От удара сцепившихся тел эта плывущая скала стала медленно, словно с неохотой поворачиваться вдоль своей оси. Противники, скребя доспехами по неровностям монолита, душили друг друга.

Сквозь сетчатое забрало сверкали два горящих угля – раскаленные ненавистью глаза Вало. Пальцы у дамурга оказались на удивление сильными. Или это злоба и отчаяние умножали его силы?

Противники, поворачивающиеся вместе со скалой, поочередно вбивали друг друга в ее каменное тело. И продолжали сдавливать незащищенные доспехами шеи."

"У Сварога уже помутнело в глазах. Он костил себя последними словами, что ввязался в это состязание по удушению, как думалось, с более слабым противником. Ни хрена себе – слабый! Но переиграть невозможно. Придется побеждать по этим правилам…

Лар, защищенный магией, твою мать. Советский десант, блин, майор фигов. И даст себя придушить хрен знает где, в каком-то безвременье, украшенном дождем из булыжников, под занудное треньканье клавесина! Херня какая-то, как говаривал Пэвер…

Ярость не могла не вызвать впрыск адреналина в кровь. В пальцы, как резервные полки из засады, хлынули добавочные силы, последний натиск, яростный штурм, навал и…

И – Сварог почувствовал, что пальцы Вало отпустили его шею.

Тело в блестящих доспехах поплыло вниз со скоростью безжизненных камней.

Фу… Кретинская дуэль, подумал Сварог. Самый идиотский поединок в его жизни. И мастер Вало… Вряд ли он ждал от жизни такого дурацкого финала…

– …Ваш спор разрешен, – прозвучал над графом Гэйром граммофонный голос.

Сварог нашел себя сидящим на уже знакомом мозаичном полу. Бравый экипаж – Рошаль, Чуба, Олес – стоял чуть поодаль, напряженный и внимательный. Он разминал шею и пытался отдышаться. Первое, что он увидел, подняв голову, – это была пасть дракона и скачущий между треугольных зубов красный раздвоенный язык.

– Ясный хрен, разрешен! Я знал, что маскап победит! – раздался громкий возглас Олеса. – Не могло быть иначе!

Сварог поднялся, обнаружив, что пропали доспехи, зато вернулись шаур и катрал. Над безжизненно распростертым телом мастера Вало склонились слуги в лиловых одеждах. Потом слуги посовещались, подхватили хозяина и, то и дело испуганно оглядываясь, понесли к лестнице.

– Теперь это твое, – сказала Клади, подходя и протягивая Сварогу Ключ.

– Ты живая? Ты… Клади?

Сейчас Сварог безо всякого удивления принял бы и положительный, и отрицательные ответы.

– Я Клади, и я живая, – улыбаясь, ответила она голосом той Клади.