Сварог

Быстренько разобравшись с несложным управлением стрельбой, он направил ствол в открытое море, поджег фитиль, зажмурился…

Ну сказать, что жахнуло громко – значит, ничего не сказать. Десантника Сварога, который, в принципе, если из артиллерийских орудий сам не стрелял, то, случалось, присутствовал где-то неподалеку (что характерно, и с той стороны, откуда велся огонь, и с той, куда стреляли), так вот Сварога буквально вплющило в неудобное сиденье наводчика и размазало в блин. Даже сквозь броню башни ворвался оглушительный грохот, завершившийся утробным воем, пронзив его тело навылет и ошметки разбросав по углам тесной башенки. Вспышка ослепила и сквозь закрытые веки – ему даже показалось на миг, что бронзовый ствол разорвало, к едрене фене… Он открыл глаза, ошалело помотал головой и как раз успел приникнуть к смотровой щели, чтобы увидеть, как в кабелоте от броненосца встает исполинский пенный столб воды… Хорошо хоть он загодя разогнал всех зевак подальше от башни, под защиту брони – после такого акустического удара трупы можно было бы складывать штабелями…

В общем, вооружением корабля Сварог остался доволен вполне.

Несколько хуже дело обстояло с боевой подготовкой экипажа. Тольго, таки назначенный Сварогом на должность боцмана, охрип, днем и ночью гоняя с докладами пацанов-вестовых от носовой рубки на капитанский мостик, оттуда к орудийным расчетам, оттуда – на корму; проворачивающие в кровь истерли ладони, ворочая тяжелые маховики и разворачивая тяжеленные башни в сторону «вероятного противника»; боевые тревоги сменялись пожарными, пожарные – водяными; стрелки истратили не один десяток снарядов, учась попадать в цель по крайней мере с десятого выстрела (для имитации целей Сварог, скрепя сердце, пожертвовал тремя спасательными шлюпками)… Личный состав, короче говоря, помрачнел, посерел лицами, осунулся и исходил двенадцатью потами, однако сносил тяготы и лишения флотской романтики молча: все знали, что чем бы ни окончился возможный бой, даже если не потопят, то вернуться в порт для ремонта получится вряд ли – по причине насквозь тривиальной: портов на планете уже не существовало.

Так что если и царило где-то спокойствие, то лишь вокруг броненосца. На борту же покоем и не пахло.

Радовало одно: устройство броненосца было относительно простым – сложнее, конечно, чем незабвенной «Принцессы», но уж проще, во всяком случае, тех плавающих крепостей, что использовались до Первой мировой. Сварогу даже не приходилось особо напрягать свой магический талант, помогающий в освоении любого незнакомого механизма.