Сварог

Защитных головных уборов наблюдается большее разнообразие: шлем из чешуйчатой кольчуги, кольчужный шлем из колец, морион, стальная гидернийская каска.

Из осадных орудий наиболее распространены пушки, стреляющие ядрами, и двухрычажные катапульты для стрельбы стрелами и ядрами…

(Кусок текста безвозвратно утрачен.)

…Ну, а в следующей части настоящего тома «Полной истории» мы рассмотрим космогонические теории, сложившиеся к концу цикла на Атаре, и подробнее остановимся на некоторых научно обоснованных и математически высчитанных гипотезах, касающихся феномена периодического всплытия и погружения континентов…

Александр Бушков

Чужие паруса

(Сварог – 7)

Плавать по морю необходимо.

Жить – не так уж необходимо.

Гней Помпей, римский полководецЧасть первая

«АДМИРАЛ ФРАСТ»

Глава первая

Маски-шоу

Дым был повсюду.

Черный копотный дым, поднимающийся из четырех труб броненосца «Адмирал Фраст», смешивался с белесым дымом горящих кораблей сюзерената Тоурант. Тот дым в свою очередь вплетал свои клубы и спирали в серые дымы, что приносили ветры от пожарищ и полыхающих вулканов, и всю эту черно-белесо-серую муть не мог разогнать даже шквальный ветер, беспрестанно дующий с океана. Пока видимость была – кабелота два в глубь материка, не больше, а дальше все скрывалось в темноте, беспросветной и плотной, как вата, подсвеченной лишь багровым отсветом пожаров и изредка прореживаемой далекими зловещими всполохами… Что творилось там, в глубине Атара, понять было невозможно. Полное ощущение, будто дым поглотил весь мир.

Собственно говоря, так оно и было на самом деле.

Весь мир превратился в один громадный пожар. Даже сквозь стекло иллюминатора доносились отдаленные гулкие удары, будто где-то там, за горизонтом, великан лупит со всей дури в исполинский барабан."

"Вот, значит, что такое конец света… Мастер Ксэнг, барон Пальп, шторм-капитан[106] «Адмирала Фраста», разглядывая из ходовой рубки берег в подзорную трубу, испытывал смешанные чувства и попутно пытался в этих чувствах разобраться. Было ли среди этих чувств сожаление? Или горечь утраты, боль от потери родины? Пожалуй, да. Присутствовали в его душе и сожаление, и горечь, и боль, но ведь с другой стороны… С другой-то ведь стороны – кто еще из высших офицеров флота Его величества короля Великой Гидернии удостоился такой чести – до последнего момента оставаться в смертельно опасной близости от погибающего Атара и следить, чтобы никакая скверна не покинула его берегов? Если честно, то совсем немного офицеров, считанные единицы избранных, – остальные уже давно в открытом океане, сопровождают конвой гражданских судов, со всех ног улепетывающих подальше от наступающей Тьмы… И среди избранных – он, Ксэнг, барон Пальп.