Сварог

Объединенное Священство (Шадтаг, Гаэдаро, Бадра, Фагор возглавляется деснием, избираемым пожизненно конклавом служителей Пресветлого) канонизировало Тароса как высокого, худощавого телосложения старца с длинными седыми волосами и окладистой бородой. Пресветлый обычно изображается правящим лодкой стоя.

Церковь Нура и Вильнура разрешает лишь деревянные скульптурные изображения Пресветлого (в виде старца в лодке).

Гидернийская церковь (алакомена) не признает уподобления Пресветлого человеку, и в росписях гидернийских храмов Тарос присутствует в виде небесно-голубого сияния, символизирующего всеведение и всепроникновение Пресветлого.

В Кроне и Тоуранте получил распространение культ Пресветлого, отвергающий возможность человека приблизиться к божественной сущности («Человеку даровано токмо впитывать в себя ниспосылаемую благодать и не возмечтать о равенстве»). Церковь Крона и Тоуранта запрещает рукотворение любых ипостасей Пресветлого в любом виде и материале. Кронские и тоурантские храмы внутри украшены лишь выбитыми на камне или вырезанными на дереве изречениями из Книги Призыва."

"Попытки двух общеатарских соборов прийти к единообразию в вопросе ипостасей Пресветлого и их отображения закончились неудачей.

Храмы Пресветлому строят входом на уздер, куда, согласно Книге Призыва, удалился из мира людей Пресветлый. По решению первого общеатарского собора храмовое крыльцо должно насчитывать ровно дюжину ступеней («двенадцать раз призовут, и яве он».[103]). Храмы освещаются свечами и символическими жертвенными пламенниками (Пресветлый требует не жертвоприношений, а соблюдения заповедей), вдоль стен обычно стоят бронзовые курительницы с благовониями. Место общения священнослужителей с Таросом – храмовый алтарь, обращенный на уздер.

В Нуре, Вильнуре и Гаэдаро священнослужителям настрого запрещено винопитие, плотские утехи, азартные игры, сыроедение и ростовщичество. В других странах служителям культа лишь предписывается во всем умеренность и скромность.

Наиболее сильное влияние на светскую власть церковь оказывает в Фагоре. Там ни одно княжеское законоуложение не входит в силу без утверждения фагорского протодесния. Естественно, всегда имело место скрытое противостояние между светской и церковной властями, нередко переходившее в открытые конфликты. Население, как правило, выступало на стороне протодесния. Одной из причин тому являлась неизменность церковного налога – двенадцатая часть дохода прихожан (согласно установлению второго общеатарского со бора), в то время как князья зачастую облагали подданных непосильной данью, поэтому фагорские правители всегда вынуждены были считаться с влиянием служителей культа Пресветлого.