Сварог

Хватило беглого взгляда по сторонам, чтобы увидеть, на всех плотах поднялись подобные доски со связанными людьми – кое-кто из них ожесточенно извивался, другие пребывали в неподвижности, кое у кого рты заткнуты чем-то вроде кляпов. Над морем повисла тишина.

– Церемония, знаешь ли, – легонько пожав плечами, сказал старшина так непринужденно и буднично, словно они беседовали о пустяках в самой что ни на есть мирной обстановке. – С незапамятных времен в этом месте приносят жертвы, чтобы зло подольше оставалось спящим в глубинах. Только-то и всего. У тебя был выбор, и ты его сделал. О чем теперь толковать?

У него были прозрачные, неподвижные глаза фанатика, выполняющего привычную работу без тени эмоции, но с величайшей убежденностью в собственной правоте. Все ругательства застряли у Сварога в глотке – не стоит терять лицо, их ничем не прошибешь…

– Откровенно говоря, мне будет тебя недоставать, купец Паколет Карах, – сказала объявившаяся с другой стороны доски очаровательная Латейя, увешанная раковинами и монетами, как новогодняя елка игрушками. – Кое-какие твои штучки были очень приятными и познавательными. Спасибо за ребенка, – она с мечтательной улыбкой погладила себя по животу. – Отец совершенно прав – у тебя был выбор, все от тебя зависело… Прощай.

– Эи, – сказал Сварог. – А если я…

Старшина усмехнулся чуточку брезгливо:

– Оставь. Ты уже не делаешь выбор по собственной воле, а в страхе пытаешься спасти свою шкуру… Недостойный.

Он поднял правую руку, и на плоту засвистали флейты, затянули длинную, тоскливую мелодию.

Сварог видел, как на противоположном плоту доска поднялась вертикально, и связанное тело, отчаянно корчась, соскользнуло с нее, рухнуло в воду, подняв фонтан брызг, тут же исчезло с поверхности. Не все так скверно, подумал он зло, людей швыряют в воду живыми и невредимыми, так что шансов предостаточно. Лишь бы там, на дне, не оказалось…

– Старшина, – сказал Сварог.

– Ну, чего? – самым будничным тоном спросил наклонившийся к нему несостоявшийся тесть.

– Я еще вернусь, попомни мои слова, – сказал Сварог. – И ты о многом пожалеешь…

– Вздор, – сказал старшина без улыбки. – Утопленники никогда не возвращаются. Судя по тому, что ты не мог обойтись без нашей помощи, ты ничего такого не умеешь… Попроси там от нашего имени, чтобы зло подольше дремало в пучине…

Доска поднялась – и Сварог полетел в воду, шумно ударившись о нее брюхом, стал погружаться лицом вниз. Видел краем глаза, что неподалеку, обгоняя его, идет ко дну еще один связанный, корчась, как рыбка на сковородке. А вон еще один, и еще… Пузырьки воздуха тянулись вверх сверкающими цепочками – и вскоре обрывались.