Сварог

Сварог перед ней не то чтобы робел и уж никак не побаивался – просто-напросто выглядела она так, что окружающие невольно вставали навытяжку, пусть даже мысленно. Чересчур уж напоминала властную и строгую директрису образцовой гимназии, где розги до сих пор в ходу, и ничего; из распоследних шалопаев делали полезных членов общества, достаточно взглянуть на список выпускников, их имена, титулы, звания…

Ей было лет пятьдесят, прямая, как древко гвардейской алебарды (прямая и в прямом, и в переносном смысле), осанистая дама с ястребиным носом и холодными темными глазами. В свое время Сварог, только что взойдя на снольдерский трон, с превеликим изумлением узнал, устроив совещание с начальниками тайных служб, что именно эта дама возглавляет вот уже двенадцать лет Морское Бюро: разведка и контрразведка во всех областях, связанных с военно-морским флотом и прочими делами, касавшимися океанских просторов. А кроме того, как это частенько случается, в портовых городах соответствующие столы Морского Бюро еще и выполняли функции тайной полиции, заполучив таким образом необъятную власть. Логично было бы увидеть на таком посту просоленного морского волка, но, как он убедился вскоре, баронесса Герлах таковому ни в чем не уступала, а то и превосходила. Происходила она из старинного морского рода, где не счесть адмиралов, флаг-командоров и прочих сугубо флотских чинов, где сухопутные занятия для мужчины считались зазорными (исключая разве что королевский пост), где даже собак и кошек нарекали непременно связанными с морем кличками, а любая барышня Герлах, вышедшая замуж за сухаря, становилась позором семьи. В юности баронесса даже пыталась, обкорнав волосы и переодевшись мальчишкой, устроиться юнгой на корвет, но была случайно разоблачена и выставлена на берег – правда, не взашей, а с некоторой галантностью, из уважения к прославленному роду… Хотя в сухопутных войсках девушки-офицеры уже прижились кое-как за последние полсотни лет, моряки стояли насмерть, громогласно заверяя, что скорее моря высохнут, нежели на палубу военного корабля ступит бабель. Даже Сварог и в мыслях не держал покушаться на реформы в этой именно области – а сама баронесса, несмотря на заслуженное своей работой среди морского народа уважение, в жизни более не пыталась поставить ногу даже на первую ступеньку военного трапа…

В свое время Сварог изрядно оконфузился, не зная еще всех местных правил. Назвал баронессу прилюдно «госпожа королевская советница», полагая, что именно так к ней следует обращаться согласно имеющемуся чину. Однако баронесса, окинув его взглядом, от которого кровь едва не застыла в жилах, отрезала ледяным тоном: «Ваше величество, поскольку я дама, супруга у меня быть не может…» Оказалось, тут свои тонкости.