Сварог

Понимаете ли, я до сих пор не верю, что вы ушли от облавы из-за его оплошности, нерасторопности… Это на него никак не похоже. Уж если он устраивал облаву, его молодцы должны были занять все переулочки, не оставив лазейки. Так как? Были у нас в свое время на его счет определенные подозрения, учитывая иные слабости его характера, хоть никто никогда ничего не доказал…

Он наполнил чарки, сверля собеседницу внимательным взглядом, так и пылавшим нешуточным любопытством. Ага, подумал Сварог. Чую родственную душу. Терпеть не может наш инквизитор оставлять за собой нерешенные загадки…

– Давайте, что ли, выпьем за здоровье нашего дорогого гостя, светлого короля Сварога, – сказала Грельфи, опрокинула свою чарку с лихостью кавалерийского сержанта, пристукнула ею по столу, ухмыльнулась. – Ну, коли уж Трайлог в могиле… Да и столько времени пролетело… Признаюсь вам по совести, святой отец, что вы с вашим острым умом зрили в самый корень. Ускользнула я отнюдь не потому, что Трайлог лопухнулся – он был, надо отдать должное покойному, служакой отменным и сыскарем хватким. Вот только, как вы точно подметили, не свободен был от маленьких слабостей. Он меня все-таки лично приловил в корчме «Пьяный индюк», помните такую? Вот только я в ту пору, в девятнадцать лет, была ничуть непохожа на вяленую треску из рыбного ряда, как теперь. Дрогнуло суровое сердце вашего доверенного помощника, и отпустил он меня переулочками, предварительно получив свое в кладовой на соломе. Уж я постаралась на совесть – тут не до лености, когда до монфоконских костров всего ничего, рукой подать… Такие вот секреты древней истории.

– Прохвост… – с неудовольствием процедил отец Алкес.

– Не судите его слишком строго, святой отец. Во-первых, ручаться можно, он в зрелых годах уже не допускал подобных предосудительных срывов, верно ведь? Он тогда был молод, а я, хоть и поверить трудно теперь, была девушка видная. Не стоит дурно о покойниках, к чему… А во-вторых, если бы вы меня тогда спалили без всякой жалости на монфоконском холме, кто бы теперь служил верой и правдой его величеству королю Сварогу? Много воды утекло, я давным-давно взялась за ум и черной магией более не баловалась. Скажу вам больше: ежели в последнее время на что и направляю свои скромные труды, так исключительно на благо человечества. Это все, надобно вам знать, мягкое и ненавязчивое влияние означенного короля Сварога. Что он со мной сделал – уму непостижимо. Превратил из старой сварливой ведьмы, озабоченной лишь собой, в воительницу за благо человечества.