Свадьбы и разводы (СИ)

– Итог?

– Вам снова пришлось носить меня на руках, – вздыхает и отводит взгляд, а затем крутит головой в разные стороны, вероятно, оценивая последствия падения. – Вроде отпустило.

– Отлично. Тогда посмотрим на ногу.

Откидываю плед, осматривая травму, которая значительно легче предыдущей и, взяв мазь, натираю теперь уже обе ступни под чутким руководством Олеси, которая звуками даёт понять, где больнее всего. Принимая помощь, смягчается и, кажется, готова к любым моим действиям. Именно в этот момент её организм оповещает, что девушка так ничего и не ела, вероятно, насытившись обидой на меня.

– Вы ели?

– Нет. Вы не довели блюдо готовности.

– Потому что вы меня прогнали.

– И у меня на это была причина, – насупившись, ползёт вверх и садится на кровати, придерживая покрывало. – Я не могла…

– Я солгал. Необдуманно и нагло. На самом деле вы пожелали отправиться в душ, а после благополучно уснули, сидя на унитазе. Я лишь перенёс вас на кровать и лёг рядом.

– Я проснулась голой."

"– Скорее всего, полотенце сползло в процессе сна.

Короткий диалог даётся нелегко, потому что Олеся буравит меня недовольным взглядом, взяв продолжительную паузу. Вероятно, сейчас мне снова укажут на дверь, но в более жёсткой форме.

– Зачем? – из неё вырывается лишь одно слово.

– Шутка. Но она перестала быть шуткой, когда вы опрометчиво, но совершенно искренне сказали, что готовы отдаться кому угодно, только не мне.

– Вас это задело?

– Немного.

Снова ложь. Потому как ощущения, испытываемые в тот момент, проблематично назвать позитивными. Привыкший к вниманию женщин, был неприятно удивлён, с каким упорством Олеся открещивалась от очевидной симпатии. Не знаю, что сейчас происходит в этой хорошенькой головке, но она с усилием трёт виски, а затем ныряет пальцами в волосы.

– Принесите из ванной расчёску. – Исполняю приказ без лишних вопросов, но когда собираюсь отправиться на кухню, чтобы всё-таки организовать нам ужин, она просит: – Можете расчесать?

Лёгкое удивление почти перерастает в негодование, но отказываться не хочется, и я, усевшись рядом, осторожно орудую внушительным предметом. Могу сказать точно, что никогда не делал подобного, особенно с такой осторожностью, как сейчас. Закончив, получаю одобрительный кивок и направляюсь на кухню. Довольно быстро справляюсь с остывшим мясом и гарниром, а когда возвращаюсь в спальню, Олеся, облачившаяся в пижаму, переключает каналы.

– Я решил, что вас опасно перемещать. Есть вероятность добавить травм, – она закатывает глаза, но соглашается с моими выводами, – поэтому ужин в постель.

Устраиваюсь рядом, водрузив небольшой столик, который нашёл в шкафу, и с жадностью поглощаю еду. Олеся присоединяется, не забывая комментировать фильм.